» Фронтовые поэты | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.

Рубрика ‘Фронтовые поэты’

автор: admin дата: 15th January, 2009 раздел: Поэты о войне, Фронтовые поэты

Бельхин Константин Яковлевич
(1912, под Казанью -1943, Орловская область)

Поэт. С 1933 г. – в РККА. На Кольском м Севере с 1937 г. До войны работал спецкором газеты «Полярная правда», c первых дней Великой Отечественной – в армейской газете «Часовой Севера», с 1942 г. – корреспондент «Красной Звезды». Погиб в командировке при авианалёте. Единственная книга Бельхина «Из солдатских блокнотов» увидела свет в Мурманске в 1965 г.

* * *
Идём вдвоём
на фронт
путём-дорогой,
усталые,
мы месим талый снег.
А по краям
осевшие сугробы
напоминают о весне.
Апрельского,
невыцветшего неба
Над нами голубая глубина.
И кажется,
она могла вполне бы
залить всю землю…
Впереди война.

1943

* * *
Посвящается жене

Оттого ли, что осыпалась калина,
Изошла истомою медовой,
Иль от громкой этой муки соловьиной
Переполнился печалью взор твой вдовий?
…Осыпалась белая калина,
Умирала под колёсами орудий.
Словно свадьбу злую пировали
Ненавистью вздыбленные люди.
Плакали.
Ругались.
Умирали.
Не простясь с умершими,

автор: admin дата: 15th January, 2009 раздел: Поэты о войне, Фронтовые поэты

Решетов Александр Ефимович
(1909, Псковская губ. -1971, Ленинград)

Поэт. Приехал в Заполярье на строительство Хибиногорска. Участвовал в Великой Отечественной войне в качестве военного журналиста на Карельском фронте, в частности на Кольском полуострове.

В ГОРАХ ГРОХОЧЕТ БОЙ

Озёра, чуждые тревоги,
Здесь глубоки.
По узкой каменной дороге
Прошли полки.
Склонись на берег невысокий,
Лицо умой.
В горах грохочет бой жестокий –
Великий бой.
Бойцов туда ведёт дорога,
Мы в их числе.
За всё земное не тревогой
Ответь земле.
За красоту озёр бездонных,
Рек и долин
На бой, на бой идут колонны,
Ты не один.
С высот, где и теперь в июле
Лежат снега,
Без промаха штыком и пулей
Рази врага.
Пройди путём непроходимым
И верь:
Своим
Оружием непобедимым
Мы победим!
Врагов уже легло немало, –
Полягут все!
Чтоб Родина для нас сияла
Во всей красе.

18 июля 1941 г.

Цитируется по: Была война… Фронтовая поэзия Кольского Заполярья: Сб. стихов / Сост. Д. Коржов.- Мурманск: Просветительский центр «Доброхот», Издательство «Добросмысл». 2004. – 160 с.: ил.

автор: admin дата: 15th January, 2009 раздел: Поэты о войне, Советская поэзия, Фронтовые поэты

Фронтовая поэзия Кольского Заполярья

Цитируется по: Была война… Фронтовая поэзия Кольского Заполярья: Сб. стихов / Сост. Д. Коржов.- Мурманск: Просветительский центр «Доброхот», Издательство «Добросмысл». 2004. – 160 с.: ил.

Фронтовая поэзия – явление особенное, как и сам человек на войне. Откуда берутся силы, чтобы не просто выжить, но и побеждать? И не только врага, но и самого себя прежде всего? Как в этом кровавом апокалипсисе не погубить самое сокровенное – душу и совесть? – Тайна. И этой тайне сопричастно рождение стиха на войне. Муза Поэзии, носившая тогда на фронтах России военную форму (то гимнастёрку, то матросский бушлат, то танкистский комбинезон…), не страшилась снарядов и пуль. Ритм поэтического слова помогал переломить ритм разрушения и хаоса, оберегал и очищал души бойцов. Иными глазами смотрел на происходящее как сам творец стиха, так и те, чьего слуха касались поэтические строки. Поэзия тоже воевaла. Но и многие десятилетия спустя память солдата, отмеченная пламенем войны, возвращалась к пережитому. И эта тоже фронтовая поэзия – трепетная память большого солдатского сердца.

В этом сборнике представлены разные по мастерству и видению войны авторы. По богоданности, масштабу дарования, без сомнения, выделяются Константин Симонов и Павел Шубин. Каждый по-своему исповедовал собственную правду о войне. Военные стихи K. Симонова – это стихи оказавшегося на переднем крае романтика. Он рассказывает не о войне, не о том, что видит вокруг, но – о себе самом, в центре стихотворения – человек на войне: его мысли и переживания. Все думы его – о том, что оставил он далеко – в иной, мирной жизни. Другое дело – П. Шубин. Лучшие его фронтовые стихи содержат многочисленные живые детали военного быта. Не стесняясь – откровенно и со знанием дела – он показывает изнанку парадных рапортов, реалии оконной жизни. В этом он как ни кто близок Семёну Гудзенко – признанному классику русской фронтовой поэзии.

Анна Саакянц

ИОСИФ УТКИН

Цитируется по: Уткин И.П. Стихотворения и поэмы. Л.О. изд-ва “Советский писатель”, 1966, стр. 384.

6

Последняя «мирная» поездка Yткина состоялась летом 1941 годa. Ещё в июне поэт выступал в Севастополе на встрече с редакцией газеты «Маяк коммуны», а в августе он оказался в брянских лесах – в качестве работника фронтовой газеты «На разгром врага».

Каждый день в печати появлялись стихи Уткина, исполненные гнева, ненависти к врагу и, начиная уже с первого стихотворения, написанного на следующий день после  объявления войны («Гнев миллионов»), непоколебимой убеждённости в победе. Уткин писал о подвигах наших лётчиков, партизан, машинистов, о народной смекалке, о готовности каждого человека отдать свою кровь и жизнь за родную землю («Дружба соколов», «Старый партизан», «Машинист», «Народная сметка», «Народный фонд» и другие). Многие из этих стихотворений создавались уже непосредственно на фронте — в блиндажах и окопах, а потом печатались на походных типографских станках — в шалашах, в чаще брянских лесов, — там помещалась редакция газеты «На разгром врага». И всюду, как правило, поэт был на передовых позициях, не зная, что такое страх, и умея быть настоящим агитатором среди бойцов, видевших в нём своего «комиссара», служа им примером мужества и спокойствия.

В сентябре 1941 года, в бою под Ельней, Уткин был ранен осколком мины — ему оторвало четыре пальца правой руки. Это обстоятельство ни на единый день не вывело поэта из боевых рядов. Стихи свои он диктовал, даже находясь в полевом госпитале («В санбате», «Война, действительно, груба…»). Не прекращал он литературной работы и в Ташкенте, куда был отправлен на излечение. Менее чем за полугодовое пребывание Уткина в Ташкенте им были созданы две книжки фронтовой лирики — «Фронтовые стихи» и «Стихи о героях», а также альбом оборонных песен, написанных совместно с московскими композиторами.

И всё это время Уткин рвался «на линию огня», беспокоя высшие военные органы настойчивыми просьбами послать его на фронт, — на первых порах безрезультатными. «Я категорически отметаю разговор насчёт невозможности по соображениям физического порядка, моего пребывания на фронте. Я хочу. Я могу»  — писал он в эти дни В. П. Ставскому, умоляя его помочь ему поскорее попасть на фронт. Поэт не только не «берёг» «простреленную руку», а просто игнорировал своё увечье, как будто бы его не существовало.

Анна Саакянц

ИОСИФ УТКИН

Цитируется по: Уткин И.П. Стихотворения и поэмы. Л.О. изд-ва “Советский писатель”, 1966, стр. 384.

5

Острая конфликтность поэмы, её психологизм, оригинальный, смелый и образный язык давали право поставить «Милое детство» рядом с «Повестью о рыжем Мотэле».

Однако это любимое детище Уткина в печати одобрения не получило, ни тогда, когда автор печатал первые главы, ни после выхода её отдельной книжкой в 1933 году. Нападки на поэта продолжали усиливаться. Во многом это связано было с общей ситуацией, сложившейся в конце 20-х — начале 30-х годов в литературе, когда развитие её было осложнено диктаторскими требованиями разных писательских объединений и группировок, претендовавших на законодательное руководство советской литературой. Эпоха требовала не только умения рассказать о том новом, что создавалось во всех концах страны в годы первой пятилетки и индустриализации; не только публицистической остроты пера при обращении к теме кризиса в капиталистических странах и обострения международных отношений. Время требовало также углубленного проникновения в суть происходящего и, конечно, во внутренний мир нового человека. Между тем некоторые поэты, в частности А. И. Безыменский, а также критики начали с вызовом декларировать ненужность, даже вредность лирики в годы «великих конструкций», проповедовать суровый аскетизм, переключение личной жизни в область жизни коллективно-производственной, переживаний отдельной личности — в сферу переживаний исключительно социальных. Упрощая задачи, стоящие перед литературой, а также опираясь на неверный лозунг «союзник или враг», некоторые деятели РАППа выступили инициаторами травли и вульгарного толкования творчества писателей, не подчинявшихся рапповским установкам, и вдобавок — «непролетарского» происхождения или не состоявших в РАППе. В числе последних оказался и Уткин. В апрельском номере «Молодой гвардии» за 1929 год появилась статья под грозным, «пригвождающим» названием: «Иосиф Уткин как поэт мелкой буржуазии». В ней по пунктам «доказывалось», что все без исключения темы поэзии Уткина, равно как и подход поэта к изображаемому, «вырисовывают… социально-психологический образ — «мещанина».

Подобные выступления и настроения сделали своё дело: Уткин и впрямь уверовал на какое-то время в собственную «мелкобуржуазность». Внушив себе, что выражение человеческих чувств в его творчестве — это издержки «буржуазного миросозерцания» и результат влияния «формализма и эстетства», поэт декларативно отрёкся от своего лирического «я»: