» Колонка редактора | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.

Рубрика ‘Колонка редактора’

автор: admin дата: 22nd July, 2009 раздел: Колонка редактора

Однажды утром, прогуливаясь в парке и прислушиваясь к звукам нового дня и собственным мыслям, я вдруг выхватила из потока одну мысль: мне нравится смотреть не в будущее, а в прошлое. В том смысле, что мне всегда интересно, как люди жили раньше, чем отличались от нас, или, наоборот, были похожи, о чём думали, как чувствовали, любили, мечтали, творили, взаимодействовали с этим миром… Я редко думаю о будущем, почти совсем не смотрю в него, зато каждый день совершаю путешествия в прошлое – оно помогает мне постигать моё настоящее…

С современной поэзией я знакома довольно плохо. Нет, конечно, я смогу вспомнить десяток-другой имён своих современников, но едва ли смогу дать им внятную характеристику. А поэтов из недавнего прошлого я назову сотни, и о каждом из них смогу дать личный, из глубин своего восприятия отзыв, даже вспомнить черты лица, увиденные однажды в небольшом поэтическом сборнике.

Иногда я пытаюсь сама себе ответить на вопрос, почему же так получается. Ответ довльно прост и лаконичен, та поэзия мне ближе, те люди мне ближе. Понятнее, ощутимее, постижимее то, о чём они пишут и как они пишут… С лёгкой иронией пролистывая «идеологические» стихи, большая часть которых, скорее всего, была написана вынужденно, вновь и вновь я размышляю об ушедшей эпохе: как бы мы в ней выживали? как бы мы её воспринимали? что бы писали? Да и вообще, как жилось бы нам в ней?

Старые сборники стихов скромны и чаще невелики по размеру, их неброские обложки не кричат: «Купи меня!», а шепчут: «Подержи меня в руках, полистай». И я держу их, и листаю, и слушаю другую эпоху, которая уже никогда не вернётся, и пытаюсь увидеть её не глазами историков и политиков, не глазами критиков, не глазами потомков, которые не всегда верно оценивают прошлое, а глазами Поэтов, которые в ней жили, любили, страдали, мечтали, творили, искали, обретали, теряли и снова жили…

автор: admin дата: 7th July, 2009 раздел: Колонка редактора, Русская поэзия

Об удивительных путешествиях по бескрайнему океану русской поэзии

Русская поэзия – это бескрайний океан, в путешествие по которому можно отправляться ежедневно, и ежедневно совершать для себя великие открытия. Многие и многие тома стихов оставили нам в наследство не только великие и признанные поэты – Александр Пушкин, Михаил Лермонтов, Николай Некрасов, Афанасий Фет, Фёдор Тютчев, Сергей Есенин, Александр Блок, Марина Цветаева, Анна Ахматова, Борис Пастернак, Константин Симонов, Владимир Маяковский, Самуил Маршак – всех имён и не перечислишь разом.

Многие и многие тома и томики стихов оставили нам в наследство русские поэты, чьи имена как будто немного в тени – Елизавета Стюарт, Лев Озеров, Дмитрий Кедрин, Константин Ваншенкин, Леонид Хаустов, Игорь Нерцев, Людмила Татьяничева, Герман Гоппе, Евгений Винокуров и многие другие авторы.

Каждый раз, составляя некий список имён, или просто перечисляя кому-нибудь вспомнившиеся имена в разговоре, я задумываюсь о том, насколько он велик, этот список. Я думаю о том, что в поэзии невозможны и недопустимы никакие рейтинги – ведь у каждого поэта ты всегда найдёшь строки особенно тебе близкие и понятные, и о том, как невероятно богата были наша литература и поэзия на талантливых авторов.

Наследия русской поэзии с избытком хватит для того, чтобы каждый день открывать новый томик на протяжении всей своей жизни – и всё-таки так и не прочесть всего того, что оставили после себя русские поэты. И, пожалуй, это замечательно – знать, что путешествие твоё будет длиться ещё долго, и, что открытия твои никогда не закончатся.

Так важно знать, что всегда будет у тебя островок, куда ты можешь сбежать от повседневности и суеты – шкаф, с любимыми книгами, строчки стихов, навсегда врезавшиеся в память, непрекращающийся разговор с другими поколениями. Так нужны нам простые и сотни раз повторённые истины, как будто уже знакомые смыслы, голоса сердец, звучащие для нас со страниц книг…

Мне кажется, нам в 21 веке уже трудно сказать, что мы хорошо знаем нашу, русскую поэзию, – настолько широки её горизонты. Но, вероятно, в этом и есть наше большое счастье – каждый день открывать новый томик стихов и вновь удивляться тому богатству, которым мы владеем, гордиться тем, что мы его наследники по прямой линии…

автор: admin дата: 26th May, 2009 раздел: Колонка редактора, Немного теории

О чудесах Поэзии, тайной силе стиха и нашей новой рубрике “Немного теории”

К стыду своему, я, наверно, не очень хорошо училась в школе. Ибо порой, как герой Пушкина, не могу отличить ямба от хорея. Впрочем, это, конечно же, преувеличение. В отличие от простого читателя, воспринимающего поэзию преимущественно через призму ощущений и чувств резонансности и сопричастности, я стараюсь вглядываться в стихи, как студент-филолог. Почему как студент? Потому что я в самом начале своего стиховедческого пути. Как-то так случилось, что поэзия для меня стала не только необъяснимым иррациональным чудом, но и частью русской словесности, к которой я всегда проявляла живейший интерес.

Полузабытых знаний из школьной программы (которые, кстати, были скудноваты) на каком-то этапе стало не хватать, и я пустилась в самостоятельное плавание по океану стиховедения. Мне захотелось понять уникальную связь формы стиха и его содержания: как так всегда получается, что рождённое поэтом чудо всё-таки можно уложить в рамки некой теории. Ведь часто строчки приходят к автору откуда-то свыше, а позже оказывается, что они пришли именно в той идеальной форме, которая вызывает наибольший резонанс и у читателя – и тогда, поэзия перестаёт быть личной, и становится общечеловеческой. Мне стало интересно, почему стихотворение способно тронуть душу читателя намного сильнее, острее прозы – и сотрясти всё существо человека всего лишь несколькими строчками. Что такого особенного в стихах, что за тайная сила скрыта в ритме их строк, что некоторые из них врезавшись в память однажды, остаются в ней на долгие годы и десятилетия? Почему, всего однажды прочитав «Парус» Лермонтова, я без труда запомнила его, словно некое магическое заклинание или святую молитву? Почему память моя хранит ещё множество стихов, которые легко легли на сердце?

Человеческий разум устроен так, что ему хочется приблизиться к пониманию того, что всё же можно постичь. Мой разум совсем не исключение. Как человек иногда пишущий стихи, я понимаю, что настоящее, живое стихотворение никогда не рождается без душевного порыва. Как человек много читающий, я замечаю, что прекрасный душевный порыв зачастую утрачивает часть своей силы оттого, что не обрёл достойного обрамления. А ведь для стихов так важно, чтобы гармония слов зазвучала и приобрела ту самую выразительность, ту самую красоту, то самое непринуждённое изящество, которые «долгим эхом отзовутся» в сердце не только самого поэта, но и его читателей. Мне хочется понимать поэзию глубже, чувствовать её острее, знать о ней больше. Мне хочется поделиться тем, что я узнаю, ещё с кем-то, – например, с такими же любопытствующими читателями Поэзосферы… А потому, сегодня мы открываем новую рубрику: «Немного теории», с надеждой на то, что она поможет нам лучше понимать и чувствовать Чудо Поэзии.

автор: admin дата: 21st May, 2009 раздел: Забытые имена, Колонка редактора, Советская поэзия

Голоса ушедшей эпохи: Сильва Барунаковна Капутикян

Маленький, умещающийся на ладошке, сборник стихов Сильвы Капутикян нашёл меня в магазине «Старая книга». Прыгнул ко мне в руки и попросил забрать его домой, и я не смогла ему отказать – большим теплом веяло от его пожелтевших от времени страничек. С этого сборника и началось моё знакомство с поэтом Сильвой Капутикян и миром её стихов.

В тот момент, когда сборник оказался у меня в руках, я ровным счётом ничего не знала об его авторе. Так странно устроен наш мир – даже большие, важные для своей эпохи имена довольно быстро исчезают в реке времени и становятся неведомы новым, идущим за ними следом, поколениям. Несмотря на то, что я родилась и училась ещё в Советском Союзе, мне никогда не приходилась слышать ни имени известной армянской поэтессы, ни читать её стихов, а между тем, некоторые источники сообщили мне, что Сильва Капутикян и её творчество были любимы «миллионами советских людей». И этому факту я охотно верю, потому что теперь уже я знаю, что Сильва Капутикян автор более 60 книг на армянском и русском языках, что её стихи были переведены на многие языки мира, что она до сих пор горячо любима у себя на родине и далеко за пределами её… Но я не помню, чтобы когда-либо в каком-либо из учебных заведений, хотя бы вскользь кто-то из преподавателей упомянул имя поэтессы или просто порекомендовал почитать её стихи.

Сильва Капутикян это не просто Женщина, писавшая стихи. В моём субъективном понимании она Поэт в высшем, лучшем понимании этого слова. В маленьком карманном сборничке я открыла для себя огромный мир – мир женщины, матери, патриота, друга, созерцателя, активного участника жизни своей страны и своей эпохи. Пожалуй, звучит немножко пафосно, но небольшого пафоса в данном случае никак не избежать, поскольку на самом деле стихи Сильвы Капутикян умещают в себе и любовь к мужчине, и любовь к ребёнку, и любовь к своей стране, и любовь к своему времени, и любовь к жизни. И любовь эта выражается ею посредством поэзии. И любовь эта вмещает в себя столько оттенков чувств – нежность, гордость, тоску, боль, радость, надежду, отчаяние, веру, страдание…Настолько удивительны стихи Сильвы Капутикян, что совершенно не хочется долго и пространно о них рассуждать – хочется просто поделиться с Вами её творчеством.

Хочется, чтобы, прочитав стихи Сильвы Капутикян, Вы, как и я, кинулись бы искать её биографию и воспоминания о ней современников, захотели бы узнать о ней побольше. Хочется, чтобы, читая сдержанное изложение биографии или тёплые воспоминания о ней близких, друзей, и тех, кому посчастливилось знать или встречать Сильву Капутикян в жизни, Вы вдруг улыбались бы пришедшим на память строкам:

* * *

Не жалуюсь на сердце я:
Пускай щемит, болит сильней!
Чужая радость мне — своя,
Чужая боль своей больней.
Весь мир бы в сердце я взяла,
Костром горела б на ветру!
Лишь сердцем я всегда жила,
Пускай от сердца и умру…

1958

Хочется, чтобы Вы не забывали ни имени Сильвы Капутикян, ни её стихов, чтобы и в Вас тоже жила Память о Поэте, пусть уже и другой, незнакомой нам эпохи.

автор: admin дата: 16th March, 2009 раздел: Колонка редактора

О Весне, о Поэзии, о Весне в Поэзии и о переполненной ими душе…

Иногда очень хочется написать что-то, но стоит задуматься – о чём именно, как смятение овладевает всем моим существом. Один за другим в голове проносятся импульсы: об этом уже всё написали, об этом уже столько сказали, мысли и чувства мои не новы. Но, кажется, я всё-таки ошибаюсь.

В городе Санкт-Петербурге сегодня весна. Голубое небо и пригревающее солнце радуют подуставших от зимы горожан. Нынешним утром, проснувшись раньше звонка будильника, я вдруг осознала, что за окном по-весеннему светло и солнечно. Проснулась и встала я непривычно легко. За окном раздавалось пение птиц, настоящее весеннее. Потом я бежала до остановки и щурилась от солнечного света. Улыбалась рекламным щитам. То есть не совсем им, а появившимся на них словам: «весенний», «весенняя», «весенние». Думала о том, что скоро уже сменю зимнее пальто и зимние сапожки на лёгкие весенние. Радовалась всему-всему, что попадалось мне на глаза по дороге: набережной Невы, куполам Смольного собора, шпилю Петропавловки, мостам, улицам, домам, и какое-то прекрасное светлое чувство переполнило меня.

И вспомнились сначала строки Евгения Баратынского:


Весна, весна! как воздух чист!
Как ясен небосклон!
Своей лазурию живой
Слепит мне очи он.

Весна, весна! как высоко
На крыльях ветерка,
Ласкаясь к солнечным лучам,
Летают облака!

И достала затем память откуда-то из глубин своих четыре строчки Константина Ваншенкина:

Сползает снег в глубокие овраги,
Под солнцем ослепительным спеша.
Так сходит вдруг ненужный слой бумаги
С переводной картинки малыша…

И вслед за этим четверостишием пришли любимые, дышащие вечной юностью строки Павла Когана:

Весна разлилась по лужицам,
Воробей по-весеннему кружится,
Сосулька слезливо сосулится,
Гудит по-весеннему улица.
Эй, сердце, стучи по-весеннему!
Стучи же, стучи, строптивое!
Смерть всему тускло-осеннему!
Да здравствует всё красивое!