» Олег Цакунов. Стихотворения | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
автор: admin дата: 22nd April, 2010 раздел: Поэты о войне, Стихотворения

Олег Цакунов

Цитируется по: День поэзии 1985: Сборник/Сост. С. Ботвинник, Ю. Скородумов. – Л.: Сов. писатель, 1985. – 352 с.

ОБРАЩЕНИЕ К ГОРОДУ

Великий, весенний, овеянный светлыми снами…
В пути предрассветном от праздничных флагов теплей.
Особенный день — вспыхнет небо цветами над нами.
Победа! Победа и в том, что ей сорок теперь.

Я вижу руины и окна замёрзшего класса
Сквозь нынешний свой у залива квартал голубой —
Мой город сражений, работы и первого вальса!
И я повторяю: «Блокада. Судьба. И любовь…»

И я понимаю — есть малые личные цели
И общее дело, которому имя — страна.
Успел я не много, мы — многое вместе успели.
Мажорно гудит новый мост подо мной, как струна.

Но к прошлому тянет, — простите, над стройкою краны! —
К дворовым колодцам, к домам с допотопной золой.
Целую их стены — кирпичные рваные раны,
Шершавые шрамы сыновней омою слезой.

На Марсовом стану —стук сердца и тот затихает.
На зёрнах гранита роса превращается в кровь.
От вечного пламени город зарю зажигает.
И пишет огонь мне: «Блокада. Судьба. И любовь…»

* * *

Ещё на фронте танков было мало,
Мы этого не знали, малыши,
Но рисовали, чтоб их больше стало,
Для блеска послюнив карандаши.

Вокруг коптилки из консервной банки
Был наш завод особый, броневой:
Зелёным красим — танки, танки, танки, —
Они на месте принимают бой!

И красным выстрел огненный искрится,
Звезда алеет, и над башней — флаг.
И разбегались человечки-фрицы,
На чёрных касках — их паучий знак.

Один из них в испуге оглянулся, —
Мой танк поддаст фашисту на бегу!
Другой лежит — споткнулся-растянулся,
А третий — ноги вверх — торчит в снегу.

А кто он, чтобы не было сомнений —
Ведь каску не увидишь на враге, —
Я свастику для полных разъяснений
Нарисовал ему на сапоге…

Дышу на пальцы, хоть и жарко в схватке,
И вновь рисую танки — про запас.
Жаль, что бумаги не было в достатке —
Так много танков стало бы у нас!

* * *

Дров-то, дров… Поближе к ночи,
Перед сном «буржуйку»-печь
Мы протопим, да не очень,
Чтоб в тепле нам только лечь.

С головой — под одеяла
В метрономной тишине…
«Мама, ты бы рассказала
О победе и весне.

Чтобы солнечное небо
Было печки горячей,
Чтобы столько было хлеба,
Сколько в стенах кирпичей».

«Спи, сынок, не до рассказа, —
Не поспать, где силы взять?
Ну как три-четыре раза
Будут нас бомбить опять?

Вон в соседний дом попали —
Снег летит сквозь этажи…» —
«Мама, верно, там в подвале
Слышен голос? Расскажи…»

«Это ветер воет дико,
Вьюга стонет, голосит…
Спи, сынок, пока всё тихо,
Вся война большая спит».

* * *

Там и жизни и песни начало.
Там, почти как в голодный бред,
Строчка первая прозвучала
С бедной рифмою — нет — обед.

Память рваная — словно вспышки,
Меньше знаю, больше забыл —
Только знаю не понаслышке:
Малышом — в чём душа, но был,

И полны не книжного смысла —
А иначе о том не писать —
Для меня блокадные числа
900 и 125…

Нас немного, то время знавших,
Возле памятного огня.
Я сменю товарищей старших,
Да никто не сменит меня.

Дует в спину сквозь годы и даты,
Оглянусь — заметает след…
Я последний поэт блокады,
Позади очевидцев нет.

Метки: , ,

Оставить комментарий

Comments Protected by WP-SpamShield Spam Filter