» Забытые имена | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
автор: admin дата: 17th September, 2009 раздел: Забытые имена, Русская поэзия

Фёдор Вишневский (Черниювец) 1838-1915

Цитируется по: День поэзии 1979. М., “Советский писатель”, 1979, 224 стр.

Фёдор Владимирович Вишневский родился в селе Князево Курской губернии в старинной дворянской семье. Получив образование в кадетском корпусе, он с 1857 года состоял на военной службе. С 1870-х годов Вишневский начинает публиковать свои стихотворения в печати под псевдонимом «Черниговец». Большое место в его творчестве занимают сатирические стихотворения, пародии, зкспромты. В 1892 году его стихотворения были изданы отдельной книгой. Вишневский известен также и в качестве переводчика.

Стихотворение «Смутные намёки» относится к 1880 годам и печатается с автографа поэта, хранящегося в ЦГАЛИ.

СМУТНЫЕ НАМЁКИ

Слышу сердца шёпот
Словно в отдаленьи…
Что в нём это — ропот
Или глас моленья?

Внемлю сердца шёпот,
Но звучит он чудно!
Внутренний свой опыт
Выразить так трудно!

Но упорно сердце
Шепчет и лепечет,
Словно скудоверца
От сомнений лечит.

Дышит этот лепет
Чем-то запредельным,
Навевая трепет
Позывом молельным.

Дышит неотступно
Памятью былого,
Только недоступно
Для ума и слова…

Или к райским кущам
Он зовёт обратно
Иль сулит в грядущем
Полдень незакатный?

Или то, что глухо
Сердце нам вещает,
Лишь бессмертье духа
В общем означает?

Иль — сказать ли слово?
Это лишь всецело
Блажь ума больного,
Бред больного тела?

автор: admin дата: 13th September, 2009 раздел: Забытые имена, Стихотворения

Фаина Дорошева

Цитируется по: Маяк. Стихи. Стихи поэтов ЛО ленинградского Дворца Культуры моряков.Лениздат, 1967.

ЛЮБОВЬ

Как это просто и как сложно
И как старо — и всё же ново:
Сказать, что любишь, что не ложно
Тобою сказанное слово.
Любовь… Ценой ночей бессонных,
Сомнений, муки мне досталась,
Была ты прежде невесомой,
И… непосильной оказалась.
Была ты прежде незаметной,
Ничем себя не выдавала,
Была ты прежде безответной,
Моё лишь сердце наполняла.
Но вдруг негаданно, нежданно
Во всей красе своей раскрылась, —
Ты словно вышла из тумана,
К другому сердцу устремилась.
И откровеньем было слово
Моей любви — зовущей, зримой, —
Что так старо и вечно ново,
Всё то же — и неповторимо.

ПОЭЗИЮ В БЫТ!

Это странно звучит
для сухих и бездарных людей.
Мир искусства им чужд
Не влечёт, не пленит,
Их пугает богатство идей.
Но для тех, кто дерзает,
Мечтает, творит,
Кто идёт по дорогам размытым,
Пусть — поэзию в быт!
Пусть — поэзией — быт,
А поэзия станет бытом!

автор: admin дата: 10th September, 2009 раздел: Забытые имена

Вадим Соколов

ПРОВЕРКА НА ПРОЧНОСТЬ

Цитируется по: Борисова Майя Ивановна. Избранная лирика. М., “Молодая гвардия”, 1965. 32 с. “Б-чка избранной лирики”

У Майи Борисовой ещё немного стихов — три тонкие книжки. Первая писалась в Абакане, и Канске, вторая — в Красноярске, а третья, недавняя, вышла в Москве. Нынешнюю, четвёртую, мы отбирали с ней в Ленинграде — там, где она десять лет назад кончала в университете факультет журналистики и куда теперь вернулась снова…

Легче всего было написать «вернулась после сибирских скитаний». Но это не так: все эти десять лет, немало поездив по Сибири, она не скиталась и не испытывала судьбу — она жила крепко и прочно, не загадывая, долго ли оставаться ей здесь или ехать дальше. Вместе со своими сверстниками, с теми, чьи первые стихи публиковали «Комсомольская правда» и альманах «Енисей», она могла повторить: «Сибирь не станция удачи, а просто молодость моя». Да она и написала это тогда же по-своему: «Сибирь… Без романтического грима, суровая, обжитая, своя».

Думаю, что в Абакан, Красноярск, Дивногорск её привела поэзия — нет, не заголовочный пафос именитых новостроек, а деловая, внутренняя потребность писать стихи лучше, чем удавалось до сих пор на студенческой скамье, читая великих предшественников и внимая самым громким голосам своего поколения. А её поколение, сдававшее первый гражданский экзамен в середине 50-х годов, оно не только в енисейскую тайгу и скалы — оно и в поэзию вламывалось напористо, громко, талантливо. И если строителям и целинникам эта напористость, эта рискованность безоговорочно ставилась в заслугу, со стихами молодых случалось по-всякому. Сейчас сама М. Борисова с улыбкой рассказывает, как те самые строчки, которые потом с восторгом цитировали, вручая ей билет члена Союза писателей, тогда, на первых порах, чуть-чуть не стали роковыми и для первой её книжки и для всей карьеры начинающего журналиста. Эта проверка на прочность была посложнее, чем сибирские дороги и морозы, и М. Борисова прошла её с честью, не дав себе скидки ни на отдалённость поэтических столиц, ни на «местные условия».

Время требует мыслей серьёзных и точных, и М. Борисова охотно, щедро, вроде бы даже свободней и легче делится с читателями мыслями и знаниями, чем чувствами. Ей мало сделать нас союзниками по наблюдению, по ощущению — она хочет подкрепить это прямым контактом с интеллектом, с жадной любознательностью своего сверстника.

Лучшие, серьёзные стихи, накопленные за десятилетие, отняли у М. Борисовой право именоваться и дальше «молодым поэтом», хотя со вчерашней «молодой поэзией» её и в жизни и в творчестве связывает многое. Впереди — самостоятельная дорога поисков и открытий.

Каких?

Внимательный читатель ответит сам на этот вопрос, прочтя несколько избранных страниц из пережитого и написанного Майей Борисовой — то, что с успехом выдержало проверку на время, на серьёзность, на прочность читательского признания.

автор: admin дата: 9th September, 2009 раздел: Забытые имена, Советская поэзия

Светлана Кузнецова

Цитируется по: Кузнецова Светлана Александровна. Избранная лирика. М., «Молодая гвардия», 1964. 32 с. (Б-чка избранной лирики)

Стихи молодой поэтессы Светланы Кузнецовой вызывают душевное волнение, и невольно начинаешь повторять запавшие в память строки. В чём же секрет обаяния лирических раздумий их автора? В той доверительности, с какою она делится своей признательностью к родной сибирской природе, к людям, радостями и горестями молодой любви? В неутолённой ли нежности ко всему живому, какая разлита в этих строках? В певучести ли русской речи, так ласкающей слух? В акварельной ли прозрачности самих образов, как будто сотканных из любви и света, доносящих аромат, краски, звуки жизни, образов, почти осязаемых и в то же время растворяющихся в общем настроении? Вероятно, и в том, и в другом, и в третьем. Чувства автора и способность к выражению этих чувств сочетанием слов образуют единое целое, являются нам в живой форме:

В сердце синий край растим
С самого рожденья.
Из чего река Витим?
Из синих отражений?
Из чего река Витим?
Может, из раздумий?
Хочешь, завтра улетим,
Сто костров раздуем…
Хочешь, просто погрустим,
Никуда не деться…
Из чего река Витим?
Может быть, из детства?

Стихотворение это мало что сказало уму, но многое сказало чувству — и о человеке, которым оно написано, и поманило нас самих в дальние края.

Светлана Кузнецова — коренная сибирячка. Её детство прошло на берегах Витима в Бодайбо — центре Ленского золотопромышленного района. В её стихах картины родного края — «елей колючих нежность, кедров тяжёлых щедрость», свет золотоносных рек, могучий Енисей, что «несёт суда, как грузчик, на спине своей широкой», — предстают перед нами в их первозданной приманчивой красоте. Любимая ею Сибирь—это Сибирь сегодняшнего дня, край молодых и сильных, где в свете таёжных костров рядом с исконными северянками, у которых глаза, «как две льдинки, удлинённые к вискам»,- «девчонки из Орла тонкорукие», «длиннобровые красавцы, парни с Каспия». Увлечённые широтой и новизной необъятных просторов, они «раскрывают до дна земли рудные», завоёвывая и общее трудное счастье.

Мне кажется, что прелесть стихов Светланы Кузнецовой создаётся тем, что поэтический образ в них конкретен, возникает из явлений живого реального мира.

Жаждой жизни, больших путей, радостью расстояний и возвышающих душу тревог, неутраченной близостью счастья веет от стихов Светланы Кузнецовой. И потому – после прочтения их тепло чувствуется, хорошо верится.

Александр Макаров

автор: admin дата: 4th September, 2009 раздел: Забытые имена, Советская поэзия, Стихотворения

Егор Оболдуев

ОСЕННИЙ ЛЕС

Быть может, этот лес обычен
На заячий иль птичий взгляд:
Они живут с листвою в лад,
И капли крупные брусничин
Для них не чудеса таят.

Мне ж сквозь лепечущий осинник
Глубоководное, как дно,—
Небес окно разведено,
Где облака в объятьях синих
Бегут бесшумно, как в кино.

За тишиной древесной клади
Таится земляная тишь:
Ты дышишь ей, в неё глядишь…
И пойман вдруг, в привыкшем взгляде,
Грибной, испуганный малыш.

В ветвях продета шкурка лисья,
И воздух терпкий, как вино,
Висит с закатом заодно…
И аметистовые листья
Летят бесшумно, как в кино.

Декабрь 1947 г.