» Марина Цветаева | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
автор: дата: 12th December, 2008 раздел: Галерея портретов

Фотопортрет Марины Цветаевой
Москва, 1941 г.

автор: admin дата: 27th September, 2008 раздел: Из личной переписки

М.И. Цветаева – М.А. Волошину

“<В Париж>

Москва, 28 октября 1911 г.
Дорогой Макс,

У меня большое окно с видом на Кремль. Вечером я ложусь на подоконник и смотрю на огни домов и тёмные силуэты башен. Наша квартира начала жить. Моя комната тёмная, тяжёлая, нелепая и милая. Большой книжный шкаф, большой письменный стол, большой диван – всё увесистое и громоздкое.На полу глобус и никогда не покидающие меня сундук и саквояжи. Я не очень верю в своё долгое пребывание здесь, очень хочется путешествовать! Со многим, что мне раньше казалось слишком трудным, невозможным для меня, я справилась и со многим ещё буду справляться! Мне надо быть очень сильной и верить в себя, иначе совсем невозможно жить!

Странно, Макс, почувствовать себя внезапно совсем самостоятельной. Для меня это сюрприз, – мне всегда казалось, что кто-то другой будет устраивать мою жизнь. Теперь же я во всём буду поступать как в печатании сборника. Пойду и сделаю. Ты меня одобряешь?

Потом я ещё думала, что глупо быть счастливой, даже неприлично! Глупо и неприлично т<а>к думать, – вот моё сегодня.

Жди через месяц моего сборника, – вчера отдала его в печать. Застанет ли он тебя ещё в Париже?

Пра сшила себе новый костюм – синий, бархатный с серебряными пуговицами – и новое серое пальто. (Я вместо кафтан написала костюм). На днях она у Юнге познакомилась с Софией Андреевной Толстой. Та, между прочим, говорила: “Не люблю яы молодых писателей! Все какие-то неестественные! Напр<имер> Х. сравнивает Лев Николаевича с орлом, а меня с наседкой. Разве орёл может жениться на наседке? Какие же выйдут дети?”

Пра очень милая, поёт и дико кричит во сне, рассказывает за чаем о своём детстве, ходит по гостям и хвастается. Лиля всё хворает, целыми днями лежит на кушетке, Вера ходит в китайском, лимонно-жёлтом халате и старается приучить себя к свободным разговорам на самые свободные темы. Она точно нарочно (и, нверное, нарочно!) употребляет самые невозможные, режущие слова. Ей, наверное, хочется перевоспитать себя, побороть свою сдержанность. – “Раз эти вещи существуют, можно о них говорить!” Это не её слова, но могут быть ею подуманными. Только ничего этого не пиши!

До свидания, Максинька, пиши мне.

МЦ”