Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » Советская поэзия
Рубрика ‘Советская поэзия’
автор: admin дата: 17th October, 2008 раздел: Поэты о поэзии, Советская поэзия
Давид Кугультинов. Цитируется по: Кугультинов Д.Н. Разнотравье. Стихи. Пер. с калм. М., “Современник”, 1975, 367 с. Отражение жизни нашей литературы – нестатично, ибо сама жизнь – движение. Литература воссоздаёт непрерывность этого движения с опережением, доступным её видению, проникает во внутренние механизмы , вызывающие движение, ставит вопросы “из завтра” или “для завтра”. Всё это она делает страстно, тенденциозно, заинтересованно, с революционных позиций. Ибо искусство – не только возвращение сознания в прошлое, но и – активное вторжение в грядущее. Истинный поэт силой таланта может проникать в сокровенное души, ловить тончайшие её нюансы и обращать в волнующую поэзию. Мне всегда казалось, что тайна, сокрытая в самом человеке, гораздо сложнее тайны природы, как бы ни была она сложна. И тайну души открывает магия музыки и мудрость поэзии. Мышление поэта весьма отличается от логического мышления учёного. “Сердечным” когда-то удачно назвал Фет образное мышление поэта. Настоящее стихотворение – всегда организм живой, и оно погибает при разъятии его на части. Жизнь стиха не в зримых частях, составляющих стихотворение, а в самых незримых соединениях этик частей. Возможно, литература – единственная сфера деятельности человека, где ценности создаются не коллективным соавторством, а индивидуальностью художника. Сто эпигонов, современников Лермонтова, собравшись вместе, не смогли бы создать даже маленькое стихотворение, равное стихам гения. Это качество литературы требует от нас того, чтобы, рассматривая общий процесс развития литературы, мы видели творческое лицо каждого писателя. Индивидуальность художника начинается от его собственного видения мира, нравственной высоты, внутренней культуры.
автор: admin дата: 17th October, 2008 раздел: Поэты о поэзии, Советская поэзия
Давид Кугультинов. Цитируется по: Кугультинов Д.Н. Разнотравье. Стихи. Пер. с калм. М., “Современник”, 1975, 367 с. Мне сейчас за пятьдесят. Пройдена большая часть жизни. Если учесть, что в восемнадцать лет я был принят в члены Союза писателей СССР за свой первый сборник «Стихи юности», – немало бумаги извёл я, и, разумеется, не все написанное нужно было писать, тем паче печатать. Так мне кажется теперь, с высоты моего возраста, после того, как проработал в литературе сорок лет (столько времени прошло с напечатания моего первого стихотворения) и вроде бы стал в ней что-то понимать. Пусть не примет читатель это моё признание за кокетство “не по летам”, есть сферы деятельности человека, в которые чем более он вникает – тем большая бездна непознанного открывается ему. К этим сферам относится литературный процесс. Я много думал о своём ремесле, и сейчас мне хотелось бы поделиться с читателем, прежде чем он приступит к чтению стихов предлагаемого сборника, некоторыми мыслями.. Разумеется, мысли эти высказываются не как конечные истины и отнюдь не являются попыткой “делитьcя опытом”. «Опыта», если исключить навыки в версификации, технику стиха, в поэзии не существует. Проявление его в поэзии означает начало гибели её, подобно проявлению опыта в любви. Неведомое – жизнетворный путь поэзии. Мудрый Пришвин как-то замeтил, что в литературе нет учителей и учеников, писатели все учатся друг у друга. Это высказывание кажется противоречивым. Однако в нем глубокая истина. Если бы в литературе были учителя и ученики, то любой желающий мог бы получить специальность писателя. Одного желания писать мало, действует жестокая истина: «талант – редкость». Эту истину знал ещё Василий Кириллович Тредиаковский, который сказал: «Стих – дело невеликое, но поэт в человечестве есть нечто редкое». Все признают, что только наличие таланта даёт возможность человеку стать поэтом. Разумеется, если он его развивает. Но веками уже доказано, горькой ценой опыта множества людей найдена правда, что талант не приобретается и отсутствие его ничто не может заменить: ни огромное желание, ни эрудиция, ни сила протекции. Так что же такое талант? Редчайший химический элемент радий супруги Кюри извлекли из урановых руд и увидели на кончике иглы. Движение мельчайших частиц атома физики наблюдают в своих лабораториях, но есть ли человек, который видел вещество таланта? Ах, если бы можно было найти такую лакмусовую бумагу, которая точно определяла бы, где талант, а где кислота. Вещество таланта должно быть гораздо светлее солнца, – я уверен, оно cветящееся и несет в себе неисчислимую благородную энергию.
автор: admin дата: 15th October, 2008 раздел: Критические статьи, Советская поэзия
Анатолий Ёлкин Заметки на полях “Библиотечки избранной лирики” B январе 1964 года на прилавки газетных киосков и магазинов впервые легли изящно оформленные тоненькие книжечки. Ещё гремели баталии и споры – как пропагандировать поэзию, «любит или не любит» читатель стихи, – издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия» от дискуссий перешло к делу: самыми массовыми тиражами по минимальной цене к молодым пошли книги лучших стихов поэтов стаpшего и младшего поколeний. Издательство чутко уловило читательский спрос: собственно, «Библиотечка» и родилась как итог изучения писeм рабочих и колхозников, школьников и студентов, комсомольских активистов, работающих среди молодежи. 24 книжки в год, 2 – в месяц… Первыми вышли Тихонов и Симонов. А далее… Если только перечислить уже выпущенное – чувствуется огромная широта издания, стремление раскрыть как можно многограннее огромный мир советской поэзии. М. Светлов, М. Львов, С. Маршак, Н. Анциферов, E. Винокуров, M. Борисова., P. Гамзатов, М. Kарим, Да и не в этом суть дела. На сжатой «площадке» раскрыть характер и смысл творчества, идейных, нравственных,, художнических поисков писателя, дать концентрацию лучшего, созданного поэтами за долгие годы напряженных исканий, – вот цель составителей этих сверхсжатых книг «Избранного». Многое в «Библиотечке», получившей широкую популярность, удалось. Маленькие книжечки, с любовью составленные авторитетной редколлегией, не залёживаются на полках магазинов, хотя их тиражи огромны – 2,5-3 миллиона общий тираж минувшего года, не менее ста тысяч каждогo выпуска, некоторых – до 200, 250, 500 тысяч. Отлично составлены книжки Николая Тихонова, Анатолия Жигулина, Риммы Казаковой, Мустая Карима, Дмитрия Ковалёва – многих и многих, – перечисление вряд ли здесь необходимо.
автор: admin дата: 8th October, 2008 раздел: Поэты о поэтах, Советская поэзия
Лев Озеров. Даже среди любителей, поэзии не часто встретишь человека, который внятно и вразумительно рассказал бы об Александре Кочеткове. «Переводчик Шиллера, Брентано и Арнима, Бруно Франка, грузинских и таджикских поэтов»,- скажут одни. «Автор написанной совместно c С. Шервинским пьесы «Вольные фламандцы» и написанной совместно c K. Липскеровым пьесы «Надежда Дурова»,- вспомнят другие – люди, близкие к театру. И только третьи – а их единицы – знают о лирике, поэмах, драмах в стихах Александра Сергеевича Кочеткова. Его оригинальные произведения до сих пор не изданы. А между тем перед нами плоды сорокалетней работы. От первых стихов, написанных в четырнадцатилетнем возрасте (1914), до самых зрелых. Прожив трудную, тревожную, исполненную постоянных бедствий жизнь, Александр Кочетков до самой смерти (1953) работал над стихом. Назову его главные произведения: драматическая поэма в трёх актах «Николай Коперник Торнский», одноактные пьесы «Голова Гомера», «Праздник Андерсена», «Король Марк», «Аделаида Граббе», поэмы «Отрочество», «Летейская струя», «За утром», много лирических стихотворений, среди которых такое проникновенное, как «Баллада о прокуренном вагоне». Мне жаль любителей поэзии, до сих пор ничего не знающих о таком самобытном и глубоком мастере, как Александр Сергеевич Кочетков. В чем причина этого незнания? Неторопливый, с открытым лицом, с мягко зачёсанными назад на старинный манер длинными волосами, с палочкой, он был приветлив и незлобив, мало говорил о себе, всё душевное внимание отдавая собеседнику. Так, скрытая от посторонних глаз, шла глубокая, тонкая, непрекращающаяся работа над стихом. Я давно в мечтах своих вижу том избранных сочинений Александра Кочеткова, который нечаянной радостью ляжет на стол читателя. Не сомневаюсь: когда Кочетков будет издан, читатели откроют для себя нового старого поэта. Строки этого автора должны выйти из архива и стать достоянием нашей поэзии.
автор: admin дата: 8th October, 2008 раздел: Воспоминания друзей, Советская поэзия
Виктор Шкловский. Квартира Бриков и Владимира Маяковского занимала четвёртую часть того домика, в котором сейчас находится музей. В этой квартире было четыре маленьких комнаты. Комната Маяковского была угловая: одну стену во всю длину занимал диван, на котором Маяковский мог как раз улечься. Был ещё шкаф, стол и стул и два окна в разные стороны садика. Рядом столовая с маленьким буфетом между двумя окнами, столом и мягкими табуретами. Было по-тогдашнему даже не тесно. Однажды утром в столовой собрались Асеев, Кирсанов, Кассиль и я – мы пили чай. Дверь в комнату Маяковского открыта; Владимир Владимирович бреется, стоя перед шкафом: на шкафу маленькое зеркальце. Молодой, узколицый Лев Кассиль в разговоре сказал что-то несогласное с другими и удачное. Семён Кирсанов, тоже очень молодой, но уже давно писавший, мрачно отметил: Одного Кассиля ум Николай Асеев без паузы принял стих: Мы пахали, мы косили, Из соседней комнаты Маяковский немедленно заступился: Вспомнил потому, что захотел рассказать о Маяковском справедливом и по-своему ласковом и о том, как у поэтов были мобилизованы слова и стихи были пластичны в руках. Только не думайте, что мы часто ссорились – мы были дружны. /Цитируется по сборнику “День Поэзии 1966″, Советский писатель, Москва, 1966 |
Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » Советская поэзия
Исторический материал из архива сайта. Указанные услуги и контакты относятся ко времени публикации и не являются действующим предложением.