Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » Поэты о Петербурге
Рубрика ‘Поэты о Петербурге’
Илья Эренбург
ЛЕНИНГРАД
Есть в Ленинграде, кроме неба и Невы,
Простора площадей, разросшейся листвы,
И кроме статуй, и мостов, и снов державы,
И кроме незакрывшейся, как рана, славы,
Которая проходит ночью по проспектам,
Почти незримая, из серебра и пепла,-
Есть в Ленинграде жёсткие глаза и та,
Для прошлого загадочная, немота,
Тот горько сжатый рот, те обручи на сердце,
Что, может быть, одни спасли его от смерти.
И если ты – гранит, учись у глаз горячих:
Они сухи, сухи, когда и камни плачут.
1945
Цитируется по: Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.
МИХАИЛ ЯСНОВ
Цитируется по: День поэзии 1985: Сборник/Сост. С. Ботвинник, Ю. Скородумов. – Л.: Сов. писатель, 1985. – 352 с.
ПОСЛЕ
Послевоенный город —
на Фонтанке гранит расколот,
на Садовой кладут брусчатку,
посыпают её песком.
Вижу кирпичную кладку —
в красных заплатах дом.
Послевоенные вывески —
жёлтые, словно вырезки
из позапрошлых газет.
Буквы на тумбах, табличках,
пачках из-под сигарет,
ложках, фантиках, спичках.
Послевоенные книжки —
серые, как мышки.
Бумага в чёрную крапинку,
корешки нагишом, —
страшно оставить царапинку
чернильным карандашом,
Послевоенные игры —
«катюши», «тигры»,
гильзы, красные звёздочки
и кокарда на шапке
и превосходные косточки
со взрослым названием «бабки».
Послевоенная улица —
очереди волнуются.
Всюду, как наводнение,
куда ни забредёшь, —
сталкивание, кружение
бот, башмаков, галош.
Послевоенный папа —
чёрный, с лицом арапа.
Папа любит помыться,
тело веником бьёт —
и всё не может отбиться
от грязи карельских болот…
После, после, после —
послевоенное детство:
дом мой, моё гнездо.
Досталось тебе в наследство
всё, что случилось до:
рамочки, позолота —
довоенные фото.
Какая там жизнь нарядная,
весёлая, неоглядная,
таинственная, громадная,
бессмертная — доблокадная!
Такою и наша будет,
если войны не будет.
Анатолий Краснов (р. 1932)
Цитируется по: А.М. Краснов. Взор. Л.О. изд-ва “Советский писатель”, 1987 г., 256 стр.
* * *
А город, который люблю я, не спит,
Хоть полночь ступает, зарю опуская.
Листва над некрополем чуть шелестит.
И в чаше гранитной тревожно горит
Огонь, словно вечная память людская.
И двое отсюда идут не спеша,
Гвоздики на камне оставив с поклоном.
Здесь горло сжимает, стоишь не дыша,
И тяжко наполнена болью душа
Пред этим огромным покоем зелёным.
Не спит этот город, который люблю,
Пронизанный нежностью, грустью и светом.
«Даруй ему счастье», — судьбу я молю.
Я добрые звуки земные ловлю,
Шагая открытым, как небо, проспектом.
Не спит этот город, поднявший мосты,
Где бродят в обнимку беспечные пары.
И мягки и милы родные черты,
Когда над Невою склоняешься ты…
А время доносит эпохи удары.
РЕШЁТКА ЛЕТНЕГО САДА
Искусство всегда современно, —
Я чувствую,
А не сужу.
Как будто за мыслью нетленной
По линиям строгим слежу.
Сквозная,
За ней и над нею —
И воздух,
И свет,
И простор,
И легче душе,
И яснее,
И как бы пронзительней взор.
Пред миром означена чётко,
Как будто взлетает она,
Единственная решётка,
Которая сердцу нужна.
Олег Шестинский
* * *
Напиши мне, как живёт Нева,
как ей ветер дует в рукава.
Помнишь ли смешной, со львами мостик,
где нашёл я нежные слова?
Напиши мне, как живёт Нева,
и сходи к ней непременно в гости.
Мне бы так хотелось увидать
гладь Невы в движенье величавом;
попроси Неву ты обождать
этою зимою с ледоставом.
Ну, а птицам просто прикажи,
чтобы никуда не улетали;
чары женщин — острые ножи,
им не только птицы уступали.
Ну, а чтоб им не ронять слезу,
не ворчать в метели друг на друга, —
я им много солнца привезу
с доброго и радостного юга.
И, пожалуйста, на берега,
на гранитные и на простые,
сына моего води, пока
признаёт он игры лишь пустые, —
чтобы мальчик, юношею став,
где б ни пировал и ни скитался,
от любых прелестниц и забав
на Неву, как в детство, возвращался.
Напиши мне, как живёт Нева,
как ей ветер дует в рукава.
Помнишь ли смешной, со львами мостик,
где нашёл я нежные слова?
Напиши мне, как живёт Нева,
и сходи к ней непременно в гости.
1966
Цитируется по: Петербург – Петроград – Ленинград в русской поэзии. Предисл. Всеволода Рождественского. Л., Лениздат, 1975. с. 406 – 407
Михаил Дудин (1916 – 1994)
Песни Лебяжьей канавке
1
Лебединые юности трубы
В невозвратном поют в далеке.
Не криви пересохшие губы.
О былом не гадай по руке.
И от глаз напряжением воли
Отгони невесёлую тень.
Бесшабашно на Марсовом поле
Голубая бушует сирень.
Бушевала сирень. Бушевала,
Даже смерти самой вопреки.
И стучали по плитам канала,
Спотыкаясь, твои каблуки. П
еремешанный с дымкой рассвета,
Поднимался сиреневый чад.
Каблуки из блокадного лета
Не по плитам,— по сердцу стучат.
Две орбиты схлестнулись, и круто
Развернулись ракеты в рассвет.
Стала вечностью эта минута.
Ей ни смерти, ни времени нет.
Отпылили далёкие марши.
Белой ночи рассеялся дым.
Я не стал ни моложе, ни старше,
Я остался всё тем, молодым.
Я живу этим чудом рассвета,
И с восторгом в моей тишине
Из того невозвратного лета
Откликаются лебеди мне.
|