Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » Поэты о поэтах
Рубрика ‘Поэты о поэтах’
автор: admin дата: 27th April, 2009 раздел: Забытые имена, Поэты о поэтах
Александр Гаврилов (1948 – 1983) Цитируется по: День поэзии 1988. Москва:Сборник. – М., “Советский писатель”, 1988, 192 стр. Часто бывает так, – пролив слова и слёзы над могилой поэта, мы легко перешагиваем через него, стихи его перестают появляться в журналах и газетах, звучать по радио, книга избранного годами валяется в издательствах. Давайте вспоминать друзей, У Саши Гаврилова при жизни вышло четыре тоненьких книжицы. А пятая застряла, как только он – тридцатипятилетний – умер от сердечного приступа накануне отъезда в творческую командировку. В 1972 году в рецензии на его дипломную работу в Литинституте я писал: «Отчаянная любовь к жизни, ко всему трудному в ней, всё повышающаяся требовательность к себе, готовность отдать каждую строку людям – вот качества, присущие творчеству Александра Гаврилова». Перечитав всё написанное им, я снова убедился, что он поэт истинный. По своему видению мира, отношению к России, к деревне, к человеческой доброте, по простоте и пронзительности лучших строк он близок к своему товарищу по Литинституту Николаю Рубцову. Гаврилов умел увидеть, как осенью «застекляются окошки во мхи закутанных болот» «и лениво течёт в голубую неволю остывающая река». А в марте «ноздреватые сугробы вдыхают запахи весны». А летом ива, рассечённая молнией, схожая с клешней рака:
Всем существом он был связан с родною землей. Я нескладный, подумаешь – важность! Стихи Саши Гаврилова имеют право жить. Лев Ошанин
автор: admin дата: 23rd April, 2009 раздел: Поэты о поэтах, Русская поэзия
Владимир Цыбин «ВЕРНУТЬСЯ В РОССИЮ — СТИХАМИ…» Цитируется по: День поэзии. 1987. Москва: Сборник. -М.: «Советский писатель», 1987, 224 стр. Видный русский поэт XX века Георгий Владимирович Иванов родился в 1894 году в городе Ковно, окончил кадетский корпус, писать стихи и печататься начал рано. С 1911 года выступал как поэт и критик на страницах «Аполлона», одного из самых «элитных» журналов. Первая книга стихов «Отплытье на остров Цитеру» вышла в Петербурге в 1912 году. Вскоре после гибели Н. Гумилёва — друга и единомышленника Георгия Иванова в поэзии, он вместе с женой, поэтессой Ириной Одоевцевой, выезжает в Париж. Лучшая книга его стихов, вышедшая в эмиграции,— «Роза». Поэт был активнейшим сотрудником альманаха «Числа», державшегося вне политики и по направлению в чём-то схожего с дореволюционными «Аполлоном» и «Весами». Умер Георгий Владимирович Иванов в 1958 году в Париже. Это внешняя канва биографии Георгия Иванова, вернее, её верстовые столбы. А между ними — судьба. Мучительное узнавание себя. Ясновиденье о своём прошлом и того скола интеллигенции, которая оказалась между революцией и родиной, так и не сумев соединить их для себя в одно целое. Георгий Иванов написал обо всём этом горько и праведно: «Даже напротив — в бессмысленно злобном мире — противимся злу: ласково кружимся в вальсе загробном на эмигрантском балу». Здесь — ни приятия, ни победы над роком. В эмиграции в поэзии Георгия Иванова, как, впрочем, и многих других (В. Ходасевича, Н. Оцупа, Г.Адамовича), произошло драматическое разъятие и рассредоточение на второстепенном и остального мира его почти летаргического «я». Образовался своего рода духовный эллипсис, т. е. круг, сплющенный катастрофой, с двумя центрами, существующими особняком, почти изолированными друг от друга,— личности и несходного с нею мира. Это не двойственность, потому что в ней есть ложь. Это двойное зрение, когда прошлое — то же самое, что и совесть, и мир не изменяется, а переменяется:
автор: admin дата: 19th April, 2009 раздел: Поэты о поэтах, Советская поэзия
Михаил Львов ИЗ МОЗАИКИ ПАМЯТИ 1 Пушкинское ранение в ваше время умеют лечить. В госпиталь пришли писатели, Среди них — Илья Эренбург. Нас всех кто-нибудь «открывал». Он «открыл» Гудзенко. В госпитале. Мы ещё не раз и не два благодарно будем говорить об этом. Так в осаждённом Ленинграде – работал штаб обороны, который возглавлялся великими военными людьми. Штабом поэзии была квартира Тихонова. Штаб бессонной российской поэзии, вместилище высоких помыслов, рыцарских чувств, несдающегося духа. В этот штаб молодые поэты приходили из окопов: Сергей Наровчатов, Сергей Орлов, Михаил Дудин, Георгий Суворов. Такой «штаб» — полевой, походный — был у Алексея Суркова, у Константина Симонова,— только по условиям армейского существования их начальников эти «штабы» не имели постоянного места, они передвигались вместе с Армией. Алексей Сурков на фронте «открыл» Марка Соболя, читал его стихи наизусть, пропагандировал, печатал. Он протянул руку — признанием и помощью — Александру Межирову, Семену Гудзенко, Платону Воронько и десяткам других солдатских поэтов. Не зря — после войны уже — Михаил Луконин и Семён Гудзенко вдвоём написали и напечатали стихотворение (отличное!) о Суркове. Ему посвящали стихи, о нём писали; одно из посвящений — «Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины» — давно уже стало классикой нашей поэзии. А уж солдатских писем шло к нему не метками, а, наверное, вагонами. Вспоминая Гудзенко, я вспоминаю его окружение, и ровесников, и старших. Это, видимо, неизбежно. А стиль, как я понимаю теперь (во время работы), видимо, рождается необходимостью. Задачей темы. Ассоциативный стиль с отступлениями, ответвлениями… …Из госпиталя — в поэзию. При слове госпиталь — у меня также вспыхивает множество ассоциаций. Вспоминаю, как в Челябинске, вечером, в длинном неосвещённом коридоре бывшей школы, шёл вечер поэзии. После прекрасного выступления Всеволода Аксёнова — он читал Есенина — в зале была тишина. Никаких аплодисментов. В полутьме коридора поднялся раненый в больничном халате и сказал: «Простите, мы хлопать не можем: у нас нет рук». Глеб Горбовский ПО НАПРАВЛЕНИЮ К РУБЦОВУ Цитируется по: День поэзии 1979. М., “Советский писатель”, 1979, 224 стр. Я вспоминаю лицо Николая Рубцова. И ничего, – кроме насторожённого взгляда и тихой, мудрой усмешки, лежащей на его губах, воскресить в своей памяти не могу… Зато музыка стихов этого человека звучит во мне до сих пор. Достаточно назвать поэта по имени, мысленно вызвать его из пространства, в котором обитает сейчас его душа, и тринадцать букв (семь — имя и шесть— фамилия) чуткими гуслями стихов зарокочут в моём воображении — незамедлительно. Светлеет грусть, когда цветут цветы… Тихая моя родина! И вдруг — мысль: стихи Рубцова лишь для тех, кто, живя, страдал неподдельно, для сердец серьёзных, зрячих к своей и чужой боли. И ещё: стихи Николая Рубцова поднялись в чём-то над временем, то есть — сделались пригодными как бы и для читателя прошлого века, и для меня, и для читателя будущего… «Для всех тревожных жителей земли». Естественно, что у каждого поэта — своя аудитория. У одного — большая, у другого — меньшая. Но — своя. По-разному принимают того или иного поэта читатели «интеллектуального» и «эмоционального» рядов, но — воспринимают истинную поэзию (если без лукавого) — всё одинаково. Истина неоспорима, если она истина. Истина поэтического дара Николая Рубцова с каждым годом всё неоспоримей. И это радует. Радует меня как свидетеля явления. На моих глазах поэт возник, на моих вознёсся, на моих — ушёл в небытие, оставив после себя светящийся след непридуманной, природной, как разряд грозового электричества, поэзии… Кем он был, если не считать того, что он был — поэтом? Прежде всего — патриотом, человеком, почитавшим Родину, Россию. Это чувство высокой любви сформировало его поэтические переживания в нечто непреходящее, нетленное — в поэзию разума. Георгий Иванов (1894-1958) Цитируется по: День поэзии 1988. Москва:Сборник. – М., “Советский писатель”, 1988, 192 стр. Георгий Иванов связан прежде всего с городом на Неве и с поэзией «серебряного века». По воспоминаниям современников, это был типичный представитель петербургской богемы, едва ли не еженощно просиживавший в артистическом подвале «Бродячая собака» – «невероятно красивый, гладкий, будто майоликовый». Ему посвящали стихи И. Северянин, О. Мандельштам, А. Ахматова. Имя его несколько раз упомянуто в «Дневниках» Блока. Лидер акмеизма Н. Гумилёв, сблизившись с Ивановым, ценил его как поэта, умело владеющего словом. Всегда тщательно прописанные стихи Иванова тех лет схожи с романтическими пейзажами или театральным действом в манере художников «Мира искусств». - Какой хороший поэт Георгий Иванов, – обмолвился однажды К. Чуковский, – но послал бы ему господь бог простое человеческое горе, авось бы в его поэзии почувствовалась и душа!.. Критик как в воду глядел. В 1922 году вместе с женой, поэтессой Ириной Одоевцевой, Иванов выехал из России «в свадебное путешествие», которое обернулось эмиграцией. В Париже с ним произошло второе рождение: поэт осознал, чего он лишился. На чужбине растаял холодок эстетизма в стихах Иванова, они наполнились живой болью потери Родины. О доле поэта-эмигранта он скажет вполне определённо: Как обидно – чудным даром, И не только зря растратишь, В «Посмертном дневнике» Иванов выразил заветное желание: «Вернуться в Россию – стихами». И оно осуществилось. Георгий Иванов – мастер лирической формы, лучшие его стихи достойны того, чтобы их знали соотечественники. Они задевают отчаянием, гневом, иронией, привлекают удивительной пластичностью изобразительных средств. Горький урок судьбы поэта глубоко поучителен и, как всякое большое несчастье, вызывает отклик сочувствия. Михаил Шаповалов |
Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » Поэты о поэтах
Исторический материал из архива сайта. Указанные услуги и контакты относятся ко времени публикации и не являются действующим предложением.