Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2009 February 12

Исторический материал из архива сайта. Указанные услуги и контакты относятся ко времени публикации и не являются действующим предложением.

Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2009 February 12

Записи за February 12th, 2009

автор: admin дата: 12th February, 2009 раздел: Воспоминания друзей, Советская поэзия

Яков Шведов

ОБРАЗ ФАТЬЯНОВА

День поэзии 1979. М., “Советский писатель”, 1979, 224. стр.

Алексей Фатьянов. Сейчас ему было бы всего лишь шестьдесят, но нельзя говорить в прошедшем времени о нём и его песнях. Жизнь Фатьянова продолжается в песнях, потому что в них так ощутима судьба рядового советского человека.

Мне всё нравилось в Алексее. Нравилась его стать, походка и даже бахвальство. Высокий ростом, широкоплечий, с румянцем «во всю щёчку до височка», как у доброго молодца из русской песни, он был аристократичен в самом лучшем понимании этого слова. Впервые я встретился с ним в серенький зимний день у подъезда Дома композиторов. Он стоял на ветру, широко распахнув полы нарядного пальто с большим и очень пышным бобровым воротником. И в это мгновение был похож на кустодиевского Шаляпина.

Осталась в памяти и встреча с Фатьяновым на праздновании годовщины Дня Победы — 9 мая 1946 года. В так называемом дубовом зале нашего Дома писателей были накрыты столы, от света хрустальных люстр в графинах синела водка, на бутылках с винами дрожали багряные и оранжевые пятна. В зале — не протолкнёшься. Алексей Сурков читает ещё не опубликованное стихотворение о собственном корреспонденте. Фронтовики долго аплодируют ему.

— А теперь, товарищи, послушайте меня! — кто-то громко говорит с антресолей.— Я написал сто песен. Сейчас в честь Дня Победы я спою сто первую.

На левой стороне антресолей все увидели розовощёкого Алексея Фатьянова. В зале наступила тишина. Фатьянов лукаво и молодо запел ещё никому не известную тогда песню о лётчиках, у которых «первым делом, первым делом самолёты, ну а девушки, а девушки потом».

Он допел свою сто первую до конца. Возбуждённый аплодисментами, спустился в зал и легко нашёл место за чьим-то столиком…