Надежда Михайловна Полякова (1923 – 2007)
* * *
Женщины моего поколения
Всякое в жизни знают:
Радость, тоску, обиду,
Знают добро и зло.
Женщины моего поколения
Сейчас детей поднимают,
Не все, конечно,
Но многие, —
Те, кому повезло.
Они ещё молодятся,
Им очень стареть не хочется.
Ведь юность у многих начисто
Вычеркнута войной.
Держитесь крепче за молодость,
Снайперы, пулемётчицы,
Я вас берегу от пожара,
Как будто сторож ночной.
Как тот с колотушкой ходит —
Безлунная ночь, луна ли, —
Так я отбиваю ритмы,
Изучен размер шагов.
Женщины моего поколения,
Зачем вы рано устали?
Женщины моего поколения
Почти не читают стихов.
1959
Мальчик на дороге
В молчанье тягостном и строгом
Мы отступали на восток.
И мальчик шёл по тем дорогам
И отыскать родных не мог.
С неровно стриженною чёлкой,
С припухлой верхнею губой…
А я сама была девчонкой
И не взяла его с собой.
О, если б нынешнюю мне бы
Мою решительность — тогда!
Я только поделилась хлебом,
Спросила: чей? идёт куда?
А он молчал, вдыхая запах
Ржаного хлеба, и не ел.
И молча плакал, и на запад,
Залитый пламенем, глядел.
И полз сентябрь лисицей рыжей
И листья в лужах полоскал…
Я верю в то, что мальчик выжил
И отыскал, кого искал.
А мне всё помнить о далёком,
И позабыть его нельзя.
Ведь там — с надеждой и упрёком
Ребячьи светятся глаза.
1959—1961
Эльдар Рязанов
ПИСЬМО ПОСТАРЕВШЕМУ ДРУГУ
Ну, какая же это заслуга —
спрятать душу свою под замок
оттого, что ты сверзился с круга,
изнывать от тоски и досуга,
слушать, как надрывается вьюга,
упиваясь, что ты одинок.
Ну, какое же это подспорье,
что ты доступ друзьям перекрыл,
что ты пестуешь горюшко-горе,
проживаешь в обиде и вздоре?
Ты, как крест на глухом косогоре,
под которым себя схоронил.
Ну, какая же это отрада,—
не дождавшись финала парада,
разломаться, сойти, уступить?
Годы — горе, а мысли — отрава…
Но на то и мужская отвага,
чтоб с улыбкой навек уходить.
МОНОЛОГ «ХУДОЖНИКА»
Прожитая жизнь сложенье чисел:
сумма дней, недель, мгновений, лет…
Я вдруг осознал — я живописец,
вечно создающий твой портрет.
Для импровизаций и художеств
мне не нужен, в общем, черновик.
Может, кто другой не сразу может,
я ж эскизы делать не привык.
Я малюю на живой модели,
притушил слезой бездонный взгляд.
Лёгкий штрих — глазищи потемнели,
потому что вытерпели ад.
Я прорисовал твои морщины,
в волосы добавил белизны.
Натуральный цвет люблю в картинах,
я противник басмы или хны.
Перекрасил — в горькую! — улыбку,
два мазка, — и ты нехороша.
Я без красок этого добился,
без кистей и без карандаша.
Близких раним походя, без смысла
гасим в них глубинный теплый свет…
Сам собою как-то получился э
тот твой теперешний портрет.