Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » Поэзо Сфера
Павел Железнов
СТУДЕНТАМ-МОСКВИЧАМ
Мальчишкою в тряском вагоне когда-то,
стирая ладонями пыль со стекла,
я жадно глядел, как на фоне заката
горят сорока сороков купола.
Вокруг пассажиры плели небылицы,
махоркой дымя, толковали про нэп.
Я ехал в столицу не с тем, чтоб учиться,
а с тем, чтоб себе заработать на хлеб.
Не знал я тогда, что, осилив разруху,
родная страна через несколько лет,
как мать, мне протянет заботливо руку
и двери откроет — в университет!..
Войны мировой затоптали мы пламя,
и вновь зазвенела по скверам листва.
Но не сорока сороков куполами
сегодня встречает приезжих Москва.
Не только Москва — всей эпохи примета:
на гребне прославленных Ленинских гор
раскинулось зданье университета,
пять крыльев простерши в окрестный простор.
Отлитый из бронзы у главного входа,
стоит Ломоносов навеки живой,
такой, каким помню с тридцатого года
его возле здания на Моховой.
Пришлось совмещать нам работу с ученьем,
Потом — шли с винтовками наперевес…
Я вправе гордиться моим поколеньем,
что дважды воздвигнуть смогло Днепрогэс!
Цитируется по: Москва лирическая. Антология одного стихотворения. М., “Моск. рабочий”, 1976. 496 стр. (Стр. 127)
Глеб Еремеев
* * *
Война вошла в мальчишество моё
Сперва без дыма, крови и тревоги,
А как заходят путники в жильё
Передохнуть, испить воды с дороги.
Она хлебами шла из-за реки,
Оттуда, где закаты занимались,—
Подолгу, помню, теплились штыки,
Пока солдаты в гору подымались.
Попарно, кучками, по одному,
Не торопясь, они к Москве пылили,
Порой у нас, в окраинном дому,
Степенно, сняв пилотки, воду пили
И дальше, на восток, полями шли,
И все, казалось, были пожилые,
Хотя, наверно, попросту в пыли,
В обмотках серых, серые и злые.
Глаза закрою, вижу, как теперь,
Распахнутые настежь двери дома
И как ложится на пол через дверь
Зари вечерней свежая солома,
И вижу мать у белого стола
В обнимку с чёрным чугуном картошки
И двух солдат, которым подала
Моя сестрёнка расписные ложки.
Солдаты ели истово, в запас,
А старший, рыжий, с вислыми усами,
Рассказывал, давя бездонный бас,
И вдруг заплакал тихими слезами.
Сидел и плакал, тягостно, в упор,
Не наклоняясь и лица не пряча.
И я войну запомнил с этих пор
И до сих пор боюсь мужского плача.
Цитируется по: Москва лирическая. Антология одного стихотворения. М., “Моск. рабочий”, 1976. 496 стр. (Стр. 120 – 121)
Борис Дубровин
МОСКОВСКИЙ ТРОЛЛЕЙБУС
Молчаливый троллейбус
На ночной мостовой,
Точно лёгкая крепость,
Что осталась пустой.
Но его осаждали,
Брали штурмом с утра.
Старики в нём стояли,
И спала детвора.
Сколько шумного люда
Вдоль безмолвных берёз
От метро к институтам
И к заводам провёз.
И в молчанье глубоком
В этот утренний час
Он как будто бы током
Заряжался от нас.
Многоместный троллейбус
Не забыл ничего:
Вместе с лирикой эпос
Набивался в него.
За билетом усталость
Еле шла иногда,
Зло к добру прижималось,
Льнула к счастью беда.
Сергей Дрофенко (1933-1970)
***
Сегодня мне снилась Москва
и послевоенные годы,
тогда мне без всякой охоты
вдруг выпало стать москвичом,
а я не грустил ни о чём,
тем более, что доброхоты
свои облекали слова
в такую обёртку, что я
поверил с готовностью сразу
в ходячую старую фразу
о счастье, о том, что успех
в Москве уготован для всех,
о том, что напрасную трассу
в апреле в родные края
избрали сердца моих птиц,
покорные силе пристрастья,
сквозь дождь и метели ненастья
влекущие стаю домой,
туда, где остался и мой
порог, без успеха и счастья,
скрипящий вдали от столиц
и знающий, как я живу,
грущу втихомолку и плачу,
пустую решаю задачу
о собственной странной судьбе,
о детях своих и себе,
всё верю в любовь и удачу,
которые, как наяву,
приходят ко мне с каждым сном,
являются снова и снова
услышать ответное слово
души невесёлой моей,
но я не потворствую ей,
пусть даже она и готова,
как прежде, болеть об одном…
А тучи плывут за окном.
Цитируется по: Москва лирическая. Антология одного стихотворения. М., “Моск. рабочий”, 1976. 496 стр. (Стр. 109 – 110)
Евгений Долматовский
КАРТИНА
В галерее Третьяковской,
В Третьяковской галерее
Каждый новый гость московский
Жаждет побывать скорее.
Убегая с заседаний,
Притворяясь беззаботным,
Я хожу, как на свиданье,
К акварелям и полотнам.
В «Незнакомку» в экипаже
В сотый раз могу влюбиться.
В дымке — пажить на пейзаже,
Страшен в гневе царь-убийца.
Кончаловского сиренью
Надышусь до одуренья.
|