Татьяна Сырыщева (1915)
Краски Дионисия
Опираясь на плечи своих сыновей,
Сходит старец к воде, что зари розовей.
Пёстрой гальки кайма и озерная гладь…
Здесь он будет для росписей краски искать.
Рядом камни — как камни, в них чуткости нет,
а вот этот оставил оранжевый след…
Вот лиловой, вот охристой глины кусок!..
Светлый замысел фресок, как небо, высок.
Стар художник, но духом ещё не устал.
Он возьмётся расписывать главный портал.
Он уж видит от мук отдохнувшую мать…
Две прислужницы девочку будут купать…
Радость жизни мерещится всюду ему.
Солнце позднее гонит вечернюю тьму,
и закат берегами вдоль озера сжат,
и цветные дары под ногами лежат.
Павел Шубин (1914 – 1951)
Осень
Мне хочется писать стихи
О том, как улицы тихи,
Как, выряженные в закат,
Стареют клёны у оград,
И светлы линзы луж литых,
И дно в пластинах золотых,
И городок до самых крыш
Опущен в голубую тишь,
Где, небо постелив на дно,
Бездонно каждое окно
И дремлет тихая заря
В хрустальном кубке октября.
Как бы струясь из-под воды, -
Бесшумны лёгкие сады.
И, зажжены неярким днём,
Кипят огнём и серебром,
Вплывая лопуху под ласт,
Кудрявые кораллы астр.
Пойди туда, где берег прост
И море видно во весь рост.
В библейской простоте песка –
Пространств бездомная тоска,
И каменные лишаи
В копейках рыбьей чешуи.
Там вечный бой и древний зов
Летящих в бездну парусов,
Скитальцев грозная купель –
Могила их и колыбель,
И Млечного Пути покров
Над лёгкой Розою Ветров.
И сердце обожжёт тоской
Безродной вольницы морской,
У мыса Горн кровавый вал
Расколется на зубьях скал,
И дюны Огненной Земли
Тебе покажутся вдали.
Тысячелетний бой – не сон:
Ты – Одиссей, и ты – Язон,
Всех парусов свистящий бег
Тебе знаком, ты – Человек,
Ты всё стерпел, чтоб жить в дому,
Там, где велел ты быть ему.
Пойдём! Твой дом перед тобой –
Оранжевый и голубой,
В осенних, гаснущих огнях,
В проспектах, парках, пристанях,
С листвой по лестницам крутым,
С луной над Рогом Золотым.
1946 г.