Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2008 October 10

Исторический материал из архива сайта. Указанные услуги и контакты относятся ко времени публикации и не являются действующим предложением.

Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2008 October 10

Записи за October 10th, 2008

автор: admin дата: 10th October, 2008 раздел: Из личной переписки

Неопубликованное письмо В.Г. Короленко

B 1886 году Владимир Галактионович Короленко писал гимназисту Константину Бальмонту: “У вас много шансов стать хорошим стиxотворцем – лёгкость и звучность стиха, изящество формы и лиризм. Но… есть и «но»… Нет ещё настоящего поэтического содержания…» Бальмонт всю жизнь был благодарен Kороленко за внимательное и строгое письмо, a после смерти писателя напечатал воспоминания o нём, озаглавленные «Видящие глаза».

B обширной литературной переписке Короленко есть ряд писем к поэтам. Недавно в Отдел рукописей Государственного литeратурного музея поступило неизвеcтноe письмо Kороленко, адресованное Полине Вениаминовне Гальпериной, приславшей писателю в 1917 году тетрадку своиx стихов.

Ответ писателя характерен мудpой простотой. Главная мысль этого письма, как и других писем Короленко o стихах, заключаетcя в том, что y настоящего поэта должно быть недовольство собой. «Если через год-два увидитe сами, вто эти стихи плохи, и в чём плоxи,- писал Kороленкo в 1911 году E. И. Студенцовой,- тогда пытайтесь вновь. A если не увидите своих недостaтков,- значит, y Вас ничегo не выйдeт» (“В. Г. Короленко o литературе». М., 1957, стр. 573-574).

Публикация А.В. Храбровицкого

“17 дeк. 1917

Многоуважаемая г-жа Гальперин.

Мнe присылают много стихов. Часто они бывaют написаны недурно, как и Ваши, но писать o них подробные отзывы трудно. Ещё трyднее определять по первым опытам присутствие или отсyтствие дарования. Здесь всё зависит от движения вперёд или остановки. Если автор чувствyет свои недостатки, недоволeн собой, стремится к лyчшемy, то возможно, что стихи не останутся простой забавой для альбомов, a станyт серьёзным дeлом.

автор: admin дата: 10th October, 2008 раздел: Воспоминания друзей

Гамзат Цадаса – отец Расула Гамзатова. Однажды мне на глаза попалось несколько его стихов. Несколько месяцев я безуспешно пыталась найти сборник его стихов. Как известно, кто ищет, тот всегда найдёт. Уже традиционная для поэтических сокровищ цена в 10 рублей в магазине “Старой книги” – и я счастливый обладатель небольшого, но очень драгоценного сборничка.

В сборничке две статьи. Первой я хочу опубликовать ту, которая завершает сборник – ибо именно в ней говорится и об отце-Поэте, и о сыне-Поэте, что для меня имеет очень большое значение – именно из неё мне стало понятно, что, вероятно, рядом с таким Отцом, было просто невозможно вырасти обычным человеком – только Поэтом.

Яков Козловский.
Гамзат Цадаса. Поэт гор.

Во вторую годовщину победы над гитлеровской Германией мой однокашник по литературному ин­ституту Расул Гамзатов пригласил меня провести летние каникулы в доме его отца – Гамзата Цадасы.

Двери этого дома в Махачкале были всегда откры­ты для гостей. B нём была комната, которая по-гор­ски именовалась кунакской. Она никогда не пустова­ла. Здесь обычно останавливались земляки хозяина дома – цадинцы, гордившиеся тем, что Гамзат, сделав своим псевдонимом имя родного аула Цада, прославил его на всю страну. Пользовались гостеприимством Гамзата и уроженцы других аулов. Часто наезжали русские писатели – Николай Тихонов, Владимир Луговской, Пётр Павленко, Семён Липкин.

О столе и удобствах для гостей заботилась жена поэта – Хандулай. Женщина необыкновенной добро­ты, трудолюбия, выдержки и такта, Хандулай хорошо понимала своего мужа и была достойна его. После гибели двух старших сыновей, павших на войне, она хо­дила в трауре, но рук не опускала. Гамзат c любовью писал о ней, что если бы не она, то вряд ли бы он достиг того, что сделал.

Когда на заре он садился за работу и до слуха до­мочадцев доносилось его бормотание, похожее на мо­литву, Хандулай снимала башмаки, чтоб не нарушать тишины в доме.

Как-то, вернувшись из Москвы, Расул, видя, как много забот ложится на плечи матери из-за того, что двери дома всегда открыты, осторожно посетовал на это в присутствии отца. Тогда Гамзат спросил его:

- Что ты хранишь в шкафу, мой сын?
- Книги, отец.
- У каждого своя библиотека, Расул. Люди – это мои книги…

автор: admin дата: 10th October, 2008 раздел: Стихотворение дня

Николай Анциферов (1930 – 1964)

Из детства

Темней угля
Он приходил с работы.
- Дитя не вымажь, – говорила мать.
А я до слёз горел тогда охотой
Отца
Такого грязного
Обнять.
Мне батька позволял намылить спину.
Я это делал с радостью большой,
Но счастлив был всего наполовину,
И, словно в цирк, просился я в забой.
Мне так хотелось побывать на штреках!
Но слышал неприятнейшую весть,
Что я всего лишь четверть человека,
Что нужно мне два пуда соли съесть.
Я стал врагом кондитерских изделий
(Солил похлёбку с батькой наравне)
И отмечал свой рост семь раз в неделю
Царапиною ногтя на стене.

автор: admin дата: 10th October, 2008 раздел: Воспоминания друзей

Валентин Кузнецов.
Слово о друге.

Он работал неторопливо, как бы с прохладцей. Он не ошарашивал публику тяжеловесными поэмами или километровыми стихами. Он строил свою Поэзию деловито, толково, накрепко. Он разрабатывал в себе один пласт – пласт сурового и мужественного труда шахтёров. Поэзия его пряма и откровенна… В ней бьется острое пламя юмора, струится свет человеческой улыбки. В его поэзии нет пустой породы. Жажда жизни. Жажда разговора с собеседником – главное в его творчестве. Он подсмеивается над своими дружками-шахтёрами так же искренне и незлобиво, как и над самим собой. Его стихи пересыпаны солью шахтерского быта. Занозистые, порой грубоватые «словечки» взяты им не с улицы, а добыты глубоко под землёй, где рубится уголь, где чёрная пыль забивает глаза и въедается в кожу. Там, в забое, идет бой! Там гляди в оба! Там без крутого слова не обойтись.

«Я родился под шум вагонеток и клети»,- говорит поэт. Да. Это так. Едкий дым горячих терриконов, грохот бегущих вагонеток и клетей окружали детство поэта. Потому он с такой человечностью, с такой любовью писал о «подземных людях». Тяжёлый труд шахтёров был для него неистощимым родником поэзии. С каким-то юношеским удивлением писал он о празднике шахтёров, о том, как, очумев от весны; крепильщик на штреке обнимал сосну-лесину.

Тяжело умирать молодым. Горько думать о том, что потеря молодого таланта невосполнима. Вот о чём я думал, читая стихи, оставшиеся в письменном столе Николая Анциферова. Нет, не выветрилось, не погасло пламя его поэзии. Она идёт навстречу людям, светится доброй улыбкой, и «только крапинки синие на лице».