Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2009 May 26

Исторический материал из архива сайта. Указанные услуги и контакты относятся ко времени публикации и не являются действующим предложением.

Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2009 May 26

Записи за May 26th, 2009

автор: admin дата: 26th May, 2009 раздел: Колонка редактора, Немного теории

О чудесах Поэзии, тайной силе стиха и нашей новой рубрике “Немного теории”

К стыду своему, я, наверно, не очень хорошо училась в школе. Ибо порой, как герой Пушкина, не могу отличить ямба от хорея. Впрочем, это, конечно же, преувеличение. В отличие от простого читателя, воспринимающего поэзию преимущественно через призму ощущений и чувств резонансности и сопричастности, я стараюсь вглядываться в стихи, как студент-филолог. Почему как студент? Потому что я в самом начале своего стиховедческого пути. Как-то так случилось, что поэзия для меня стала не только необъяснимым иррациональным чудом, но и частью русской словесности, к которой я всегда проявляла живейший интерес.

Полузабытых знаний из школьной программы (которые, кстати, были скудноваты) на каком-то этапе стало не хватать, и я пустилась в самостоятельное плавание по океану стиховедения. Мне захотелось понять уникальную связь формы стиха и его содержания: как так всегда получается, что рождённое поэтом чудо всё-таки можно уложить в рамки некой теории. Ведь часто строчки приходят к автору откуда-то свыше, а позже оказывается, что они пришли именно в той идеальной форме, которая вызывает наибольший резонанс и у читателя – и тогда, поэзия перестаёт быть личной, и становится общечеловеческой. Мне стало интересно, почему стихотворение способно тронуть душу читателя намного сильнее, острее прозы – и сотрясти всё существо человека всего лишь несколькими строчками. Что такого особенного в стихах, что за тайная сила скрыта в ритме их строк, что некоторые из них врезавшись в память однажды, остаются в ней на долгие годы и десятилетия? Почему, всего однажды прочитав «Парус» Лермонтова, я без труда запомнила его, словно некое магическое заклинание или святую молитву? Почему память моя хранит ещё множество стихов, которые легко легли на сердце?

Человеческий разум устроен так, что ему хочется приблизиться к пониманию того, что всё же можно постичь. Мой разум совсем не исключение. Как человек иногда пишущий стихи, я понимаю, что настоящее, живое стихотворение никогда не рождается без душевного порыва. Как человек много читающий, я замечаю, что прекрасный душевный порыв зачастую утрачивает часть своей силы оттого, что не обрёл достойного обрамления. А ведь для стихов так важно, чтобы гармония слов зазвучала и приобрела ту самую выразительность, ту самую красоту, то самое непринуждённое изящество, которые «долгим эхом отзовутся» в сердце не только самого поэта, но и его читателей. Мне хочется понимать поэзию глубже, чувствовать её острее, знать о ней больше. Мне хочется поделиться тем, что я узнаю, ещё с кем-то, – например, с такими же любопытствующими читателями Поэзосферы… А потому, сегодня мы открываем новую рубрику: «Немного теории», с надеждой на то, что она поможет нам лучше понимать и чувствовать Чудо Поэзии.

автор: admin дата: 26th May, 2009 раздел: Стихотворение дня

ДИНА ТЕРЕЩЕНКО (1915 – 2008)

* * *

Когда б два сердца было у меня,
то всё равно б тебе они принадлежали,
земля моя,
любовь моя!
Все радости
и все печали
твои -
моими были.
Я капелька в твоём сердцебиенье,
кровинка, что тобою рождена,
и мало сердца одного,
чтобы тебя любить.

Цитируется по: День поэзии 1964. М., “Советский писатель”, 1964, 174 стр.

автор: admin дата: 26th May, 2009 раздел: Поэты о Петербурге

Михаил Дудин (1916 – 1994)

Песни Лебяжьей канавке

1

Лебединые юности трубы
В невозвратном поют в далеке.

Не криви пересохшие губы.
О былом не гадай по руке.
И от глаз напряжением воли
Отгони невесёлую тень.

Бесшабашно на Марсовом поле
Голубая бушует сирень.
Бушевала сирень. Бушевала,
Даже смерти самой вопреки.
И стучали по плитам канала,
Спотыкаясь, твои каблуки. П
еремешанный с дымкой рассвета,
Поднимался сиреневый чад.

Каблуки из блокадного лета
Не по плитам,— по сердцу стучат.

Две орбиты схлестнулись, и круто
Развернулись ракеты в рассвет.
Стала вечностью эта минута.
Ей ни смерти, ни времени нет.
Отпылили далёкие марши.
Белой ночи рассеялся дым.
Я не стал ни моложе, ни старше,
Я остался всё тем, молодым.
Я живу этим чудом рассвета,
И с восторгом в моей тишине
Из того невозвратного лета
Откликаются лебеди мне.

Сергей Наровчатов

ПОЭТ И РУСАЛКА

Цитируется по: День поэзии 1979. М., “Советский писатель”, 1979, 224 стр.

— В одном из горных озёр на Тянь-Шане наблюдали странное явление. Лунными ночами в тёмной влаге блестело нагое женское тело. Удивительная купальщица ныряла в ленивых волнах. Однажды с берега попробовали окликнуть её, в ответ раздался журчащий смех, баки снарядили лодку и погнались за ней. Женщина стала стремительно уплывать к середине озера. Наконец рыбаки догнали её. Она обернула к ним лицо нечеловеческой красоты. Впрочем, это чудо и не принадлежало к человеческому роду. Рыбаки застыли с вёслами руках. Женщина нырнула и, к ужасу людей, волны разбил большой рыбий хвост. «Русалка!» — крикнул один из рыбаков. Это было последним его воплем. Сильная женская рука высунулась из воды и потащила его в озеро. Могучий парень, он стал упираться. Над волнами опять показалось лицо, красивое и страшное. Зелёные волосы переливались в лунном свете. Русалка произнесла несколько слов на незнакомом языке. Рыбаки — таково было нервное трясение — точно запомнили их, не понимая смысла. Как я установил, это оказался древнегреческий язык, а слова означали: «Наконец я нашла себе жениха». Русалка рванула парня из лодки и навсегда погрузилась с ним в озеро. Всё это произошло в ночь на 3 августа 1938 года. Этим рыбаком…

— Были вы! — крикнул с места Луконин.

— Мишка, выгоню! — загремел оглушительный бас Луговского.— Может быть, ты не
веришь в русалок?

— Верю, дядя Володя.

— Тогда оставайся на месте. Кто здесь сомневается в их существовании? Может быть, вот
этот молодой человек? — мохнатые брови повернулись в мою сторону.— Он, кажется, пришёл с семинара Сельвинского. Там не верят в русалок?

— Верят, Владимир Александрович, все верят,— подтвердил я.

— То-то. Как фамилия? Запомните, Сергей Наровчатов заверил нас, что братский семинар целиком и полностью верит в этих нагих, прекрасных, удивительных бестий. Конечно, бестии,— сокрушённо размышлял вслух дядя Володя.— Так, за здорово живёшь, схватить бедного парня и утащить его на дно, даже не спросив, хочет он этого или не хочет. Но тут ничего не поделаешь — русалка…

После паузы он продолжал:

— Гомер называл их наядами. Андерсен ундинами. Лермонтов посвящал им стихи. Что же, все они были лгунами? Наровчатов, прочитай наизусть лермонтовскую «Русалку». Это твоё боевое крещение на нашем семинаре.