Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2009 July 10
Записи за July 10th, 2009
автор: admin дата: 10th July, 2009 раздел: Стихотворение дня
Дмитрий Блынский (1932 – 1965) МУЖЧИНА ПЛАЧЕТ… Георгию Спасову Ест племянник мой яблоко всласть Поезд прибыл в Москву из Софии Машет, машет племянник рукой, В первый раз он увидел объятья, Как ему объяснить на вокзале Где, забыв, что такое слеза, Цитируется по: День Поэзии 1963, “Советский писатель”, Москва, 1963, 292 стр.
автор: admin дата: 10th July, 2009 раздел: Немного теории
Владимир ОГНЕВ ДВА СООБРАЖЕНИЯ О РИФМЕ (1) 1. НОВАЯ РИФМА Если обратиться к истории стиха, то мы увидим, что рифма — явление более позднее, нежели звукозаряд. В аварском стихе (Дагестан) и сегодня аллитерация «заменяет» концевую рифму. В известных нам древнегерманских памятниках (700—1100 гг.) до тех пор, пока на древнесаксонскую поэзию не начинают оказывать влияние французские образцы, аллитерационные созвучия организуют стих лишь тем, что делят длинный стих (Langzeile) на два коротких полустишия (Kurzzeilen), в которых созвучия играют роль точек симметрии. В мексиканском «корридо» (воcьмисложник, чётные строки которого связаны ассонансом, проходящим через всё стихотворение) корни уходят в андалузский фольклор, где издавна бытует аналогичная форма стиха (испанский романс). В русском народном стихе рифма известна давно. Она даже как бы опережала само понятие стиха. Известны присказочные обороты — зародыши стиха — в речи по сути своей явно прозаической. В «Слове о вере христианской и жидовской» скоморох говорит князю: «Княже, мой господине! И христиан обманывать надо умеючи; збодливого обманить, а скаредного возвеселить, а скупого добра и податливого учинить. А не учась, и у христиан ничего не добыть, и головы своей не прокормить». В рифмованных скоморошьих песнях мы можем встретить строки насквозь рифмованные, и притом довольно виртуозно: С киселя-то весела, с молока-то молода… Заговоры, заклинания, пословицы, поговорки, загадки держатся на рифме. Зачаточные формы рифмы известны былинам. «Вообще» о рифме я говорить не собираюсь. Существует обширная литература по этому вопросу, написаны целые труды по классификации рифмы с различных точек зрения (метрической, эвфонической, лексической, структурной). Мне хочется взять одну сторону проблемы, рассмотреть новую рифму. Что такое новая русская рифма? В то время как рифма классического стиха в основном опиралась на созвучие окончаний, то есть слогов, идущих за последним ударением, новая рифма, теряя сходство заударных звуков, пошла в глубь строки от ударной гласной, точнее — от опорной согласной, стоящей перед ударной гласной, к созвучию слогов, предшествующих ударному, и даже к созвучию общего строения слов, порой независимо от их окончаний.
автор: admin дата: 10th July, 2009 раздел: Воспоминания друзей, Советская поэзия
Эмилий Миндлин ВЛАДИМИР МАЯКОВСКИЙ Цитируется по: День Поэзии 1967, “Советский писатель”, Москва, 1967, 256 стр. 5 В двадцатые годы Маяковского особенно часто можно было встретить в Доме печати. Здесь, разумеется, не могло быть и речи о вечерах, подобных «чистке» поэтов. Да и вообще здесь он не столько читал стихи, сколько всерьёз сражался со своими противниками. Особенно часты и не на шутку бывали схватки с Вячеславом Полонским, одним из очень немногих способных устоять в дискуссиях с Маяковским. Здесь Маяковский нередко отстаивал тогда ещё спорные в глазах многих редакторов профессиональные интересы поэтов. Я помню, как на каком-то совещании редакторов московских и провинциальных Маяковского обвиняли в том, что он «дерёт с реёдакций рубль за строчку». Кто-то из одесских редакторов выступил с жалобой. Дескать, газета, готовя праздничный номер, обратилась к Владимиру Маяковскому с просьбой дать ещё нигде не напечатанное стихотворение. Маяковский ответил требованием «рубля за строчку». Редактор жаловался: такой расход на стихи провинциальной газете, мол, не по средствам. И тогда-то выступил Маяковский и с гневом обрушился на редакторов, экономящих именно на поэтах. Маяковский негодовал: поэтов у нас не признают за профессиональных работников, делание стихов не хотят признать профессией! А поэту деньги надобны и на штаны, и на комнату, и на телефон, и на ботинки на толстой подошве, чтоб ходить по редакциям. Редакторы охотно признают права всех других литературных профессий, но отказываются признать профессиональные интересы поэтов. — Вы будете платить нам столько, сколько нам нужно, чтоб жить и делать стихи, служа революции стихами,— закончил он свою речь в защиту гонорара поэтов. Несколько лет подряд в двадцатые годы я работал в «Вечерней Москве» — писал очерки, фельетоны, заметки. Первым редактором газеты был Михаил Кольцов, и при Кольцове гонорары были достаточны по тем временам. Но после Кольцова, особенно когда газета перешла к «Рабочей Москве», гонорары нам снизили. Маяковский часто бывал в редакции. Как-то, увидев, что я сдаю фельетон, он спросил: — Сколько вам платят хозяева? Я сказал. — Мало. Надо заставить их уважать труд пишущих. А за судебный отчёт сколько платят? Сколько платят за судебный отчёт, я не знал и подозвал судебного репортёра, вернее репортёршу, уже пожилую журналистку Мезенцеву. Она сказала Маяковскому, сколько получает за судебный отчёт: «Шесть, семь рублей. За большой или сенсационный — десять». Маяковский поморщился: — Зачем же вы позволяете им так обращаться с вами? Если бы платили сто рублей за отчёт, я бы сам стал ходить по судам. Вот возьму сейчас и предложу себя в судебные репортёры. Маяковский уже с порога ошеломил редактора: — Хотите, чтоб я печатал у Вас в газете судебные отчёты? Будете платить сто рублей за отчёт? Буду писать.
автор: admin дата: 10th July, 2009 раздел: Воспоминания друзей, Советская поэзия
Эмилий Миндлин ВЛАДИМИР МАЯКОВСКИЙ Цитируется по: День Поэзии 1967, “Советский писатель”, Москва, 1967, 256 стр. 3 «Чистка» поэтов продолжалась. Какой-то молодой человек прочитал стихотворение, одно из тех, какие во множестве печатались тогда во всевозможных журналах, на серой бумаге. Профессионально написанное, холодное, ничем не интересное стихотворение. Маяковский под одобрительные возгласы публики вдребезги разделал стихотворение. И всё-таки поэт показался ему не безнадёжным. Он предложил запретить молодому человеку печатать свои стихи в течение трёх лет, а там… видно будет. Публика снова единогласна: лес поднятых рук. Предложение принято. Но, как ни странно, молодой поэт был очень доволен. Радостно улыбаясь, он подошёл к краю эстрады и признался во всеуслышание, что надул всех присутствующих и самого Маяковского: стихотворение, которое он только что читал, написано вовсе не им. Автор осуждённого стихотворения… Валерий Брюсов!!! Шум. Хохот. Крики. Свистки. Аплодисменты. Брику долго не удавалось унять аудиторию. Спокойнее всех был Маяковский. — Товарищи и граждане,— прогремел его голос.— Раз установлено, что прочитанные — То есть ка-ак? — Очень просто. Ваш приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Валерию Брюсову запрещено писать в течение трёх лет… пока не исправится. Запретить писать Брюсову? Это показалось слишком даже многим из почитателей Маяковского. Что там ни говорите, этого никто не мог ожидать! Все попытки Осипа Брика утихомирить зал провалились. Один за другим демонстративно поднимались с мест почтенные профессорские фигуры и протискивались к выходу. Кто-то огромный с патриаршей бородой на груди, в распахнутой шубе, возмущённо размахивая руками, демонстративно шагал между рядами. Он ещё не успел покинуть зал, как Маяковский, спокойно наблюдавший бурю в зале, иронически заметил по адресу бородача: — Бриться пошёл. Хохот покатился по залу. Бородач был сражён. Маяковский вновь — победитель. И вот тут взбрело мне на ум вступиться за поруганную честь Валерия Брюсова и выступить против Владимира Маяковского. Эмилий Миндлин ВЛАДИМИР МАЯКОВСКИЙ (1) Цитируется по: День Поэзии 1967, “Советский писатель”, Москва, 1967, 256 стр. 1 В «Кафе поэтов» Маяковский показывался реже других. Он не был в «Домино» завсегдатаем. На моей памяти — в 1921 году — свои стихи он читал здесь раза два и раза два участвовал в каких-то дискуссиях о поэзии или театре. Но выступал ли он с эстрады кафе «Домино» или — что происходило гораздо чаще — попросту ужинал за столиком в обществе дамы,— Маяковский в пёстрой, суетной и крикливой толпе завсегдатаев держался особняком. Он был инородным телом в толпе поэтов, и вовсе не потому, что ростом на голову выше всех. Просто он был сам по себе — но обособленность свою не подчёркивал, и получалось это у него как-то само собой. Юношей бездомным в Москве я бывал в «Домино» чуть ли не ежевечерне. Я не был поклонником Маяковского и не принадлежал к числу тех молодых, которые, дождавшись, пока Маяковский выйдет из кафе, торопливо шли следом за ним, а если он оказывался один, то подходили к нему на улице со своими стихами. Противников у Маяковского в ту пору было немало. Его манера держаться у многих вызывала тогда раздражение и даже негодование — и в то же время безудержный восторг молодёжи, особенно «вхутемасовской» — учащихся ВХУТЕМАСа. До официального признания Маяковского было ещё далёко. Газеты тогда не продавались, а расклеивались по стенам, и я помню на стенах московских домов номер газеты с громовой статьёй на первой полосе «Долой маяковщи-ну!». Автор статьи возмущался тем, что поэт-футурист Маяковский осмеливался подать в суд на Государственное издательство и что суд присудил Маяковскому выплату спорного гонорара. Карикатуры на Маяковского были совсем не редкость не только в то время, но и много позднее. Ещё в 1928 году газета «Читатель и писатель», предтеча современной «Литературной газеты», поместила карикатуру Кукрыниксов на Маяковского. Маяковский с огромной челюстью в лавровом венке был изображен в позе Петра на коне, вздыбившемся над пропастью. Но конь, вернее, конёк — деревянный, с привязанной мордой льва в наморднике и с общипанным хвостиком… |
Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2009 July 10
Исторический материал из архива сайта. Указанные услуги и контакты относятся ко времени публикации и не являются действующим предложением.