Записи за November 22nd, 2010
Вадим Шефнер
Цитируется по: Шефнер Вадим Сергеевич. Цветные стёкла. Стихи. Л., “Дет. лит.”, 1974
Стр. 7 – 19
ВЫСОКОЕ РАВЕНСТВО
Зверь, в сущности, доволен малым:
Ему нужны еда и сон.
Вовек не станет он Дедалом,
Но и не сбросит бомбы он.
Но человечество особый
Собой являет род и вид:
Меж доброй мудростью и злобой
Здесь бездна целая лежит.
Из одного как будто теста,
Да вот припёк у всех иной:
Есть люди — выше Эвереста,
Есть — ниже ямы выгребной.
Но мы взрывать не будем горы,
Чтоб их с низинами сровнять,
Чтоб стала жизнь равниной голой,
Где тишь болотная да гладь.
Нет! Мы хотим, чтоб на планете
Все были в помыслах чисты,
Чтобы для всех настал на свете
Век мудрости и доброты!
Чтоб не вершиной одинокой,
Не ямою у входа в храм —
Чтоб каждый стал горой высокой,
Но дружественной всем горам!
1962
Назым Хикмет (1902 – 1963)
* * *
До Бреста меня проводила жена
и на перроне осталась одна.
Становилась всё меньше и меньше она
и обтаяла в синеве до размеров зерна.
А потом только рельсы блестели вдали.
А потом донеслось до польской земли:
«Вернись!» Но колёса меня несли,
без остановки крутясь,— я вернуться не мог
и спросить не мог: «Где ты, нежный цветок?»
И в горле застрял саднящий комок.
А потом был тающий снег, островки песка.
И я понял — жена меня видит издалека.
«Ты забыл, ты забыл?..» — вопрошала её тоска.
А босая весна по небу гнала облака.
А потом звезда уселась на провода,
и темнота затопила вагон, как вода.
Продолжала жена на перроне стоять
и дрожи никак не могла унять.
Стояла она, а столбы убегали вспять.
Обезумевший поезд остановиться не мог,
и в горле застрял саднящий комок.
А потом я постиг — не пойму когда —
в этом поезде я навсегда,
вечный путник с песней надежды в груди,
позади — любимые женщины и города,
и разлука во мне осколочком льда,
и куда-то я еду… куда-то… куда?..
1960
Цитируется по: Хикмет Н. Избранное. В 2-ч т. Т.1. Стихи; Поэмы: Пер. с тур./Вступ. статья К. Симонова. М.: Худож. лит., 1987. – 526 стр.
АВТОБИОГРАФИЯ
Написана 11 сентября 1961 года в Берлине
Родился в 1902
не возвращался туда где родился
возвращаться не люблю
Трёх лет от роду в Алеппо состоял внуком паши
девятнадцати лет в Москве студентом Комуниверситета
сорока девяти лет снова в Москве гостем ЦК партии
и с четырнадцати лет в поэзии состою поэтом
Одним знакомы виды трав
другим виды рыб
и, мне виды разлук
Одни знают наизусть имена звёзд
а я имена расставаний
Спал в больших тюрьмах и в больших отелях
Отведал наверно все блюда на свете
и знаю вкус голода между прочим и вкус голодовки
Мне было тридцать когда меня хотели повесить и не повесили
Мне было сорок восемь
когда меня хотели наградить премией Мира
и я получил эту премию
Мне было тридцать шесть
когда за полгода я прошёл четыре метра
по бетонному полу одиночки
Мне было пятьдесят девять
когда, за восемнадцать часов
я перелетел из Праги в Гавану
Ленина не видел живым
В двадцать четвёртом стоял в почётном карауле
а в шестьдесят первом продолжал ходить к Ленину в мавзолей его книг
Меня пытались оторвать от моей партии
Не вышло
Низвергались идолы но осколки
меня не раздавили
1951
В море вдвоём с молодым товарищем
я шёл на смерть
1952
С разорванным сердцем
четыре месяца лёжа на спине
я ожидал смерти