Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов. » 2011 September
Архив за September, 2011
Виктор Яковенко
Цитируется по: День поэзии 1972. М., “Советский писатель”, 1972, 288 стр.
Стр. 152
* * *
В холодной роздыми сады.
Давно прошла пора цветенья,
Преобразив ростки сомненья
В раздумий поздние плоды:
Не безрассудно ли живу,
Не понапрасно ль время трачу?
Живу — как бы ловлю удачу
Иль по течению плыву?
Не зря ль отмерен этот путь
Как жадное влеченье к людям?
Но лёгок был он или труден —
Его уже не зачеркнуть.
И, может, всё-таки не зря,
Коль научился удивляться
Листвы тускнеющему глянцу,
Прозрачной грусти сентября.
И, может, всё-таки не зря,
Коль чувствуешь в душе отраду,
Когда горит над тихим садом
Закат, как вешняя заря…
А может, всё-таки не зря.
* * *
На снегу, как осколки радуги,
Красногрудые снегири
Собирают озябшие ягоды,
Словно капли остывшей зари.
Пусть меняется время года —
Неизменна у нас в крови
Безраздельная власть природы,
Эта вечная песня любви.
В оснежённых еловых лапах
Ощутим, горьковатый слегка,
Луговины цветущей запах,
Привкус майского молока.
Нина Эскович
Цитируется по: День поэзии 1972. М., “Советский писатель”, 1972, 288 стр.
Стр. 151
ХОЛОДНЫЕ ЗОРИ
Только осень, не я принаряжена
золотой полосою венка.
А моя простота не уважена,
ни письма, ни гонца, ни звонка.
Зори холодны, кротки, обидчивы.
Но, прозрачной себе уступя,
троекратно, что в нашем обычае,
от души расцелую тебя.
И уже за чертой изумления —
как живёшь? — приникая, спрошу.
С высоты убоясь приземления,
невесомой листвою кружу.
Над землёю слегка возвеличены,
устоят, изумлённо горя,
три последние край-земляничины
и железный листок сентября.
Игорь Шкляревский
Цитируется по: День поэзии 1972. М., “Советский писатель”, 1972, 288 стр.
Стр.148 – 151
* * *
Грач мастерит своё гнездо.
Внизу железный ветер свищет
и дым курьерских поездов
летит в небесное жилище.
И ты, как десять лет назад,
невольно сдерживаешь слёзы,
когда за окнами рябят
пристанционные берёзы!
Минуя новый поворот,
ты глушишь водкою простуду,
а в горле всё острей скребёт
тоска по дому, по уюту.
И ты устал углы снимать,
в чужих каморках обживаться,—
от радости не заплясать,
от горя вдруг не разрыдаться.
В конце концов и ты устал
любить, не будучи любимым,
и пахнет холодом металл,
и бесконечность пахнет дымом.
И вдруг на станции Латва
откроют дверь в ночное поле,
и в сердце первая трава
забытой сладостью уколет.
Откроют дверь в ночную даль,
и оживут такие были,
такая вечная печаль,
как будто душу защемили!
И ты свой призрачный уют
не предпочтёшь знобящей влаге,—
так нежно жабы запоют
в сыром кладбищенском овраге!
И снова, сын родной земли,
полюбишь каждый миг до дрожи,
так, что и радости твои
твоих печалей не дороже!
Яков Белинский
Цитируется по: День поэзии 1972. М., “Советский писатель”, 1972, 288 стр.
Стр. 57
УСПЕНСКОЕ ШОССЕ
На Николину гору!..
мчи, машина, гони,—
мимо — чащи, заборы,
дачи, ночи и дни…
На Николину гору!..
тем же самым путём,—
бросив каменный город,
всё, что рядом и в нём…
На Николину!..
с ходу! —
в тот же радостный ад —
как тогда,
как три года,
как полгода назад…
На Николину!..—
снова! —
это сон или зов? —
вдоль дороги сосновой
снова без тормозов…
На Николину!..—
тронув
шиной — дрогнувший мост
и по лаве гудронной
вдоль рябящих берёз…
На Николину!… —
за три
получаса берусь —
ты просила — и в завтра —
постараюсь, домчусь…
На Нико…—
может статься
весь навыворот свет —
и тебе снова двадцать,
мне всего тридцать лет…
Эдуард Балашов
Цитируется по: День поэзии 1972. М., “Советский писатель”, 1972, 288 стр.
Стр. 57
* * *
Я слышу музыку весны,
Стреляющие звуки почек.
И листья пробуют на ощупь
Шуршащий воздух тишины.
Я слышу музыку дождя.
В твоей руке трепещет зонтик.
А дождь ещё не дождь, а дождик,
И льнёт к тебе он, как дитя.
Какая музыка — слова!
На свете песен не убудет,
Хоть шелестит о том, что будет,
И прошлогодняя трава.
* * *
О любви вздыхающие строки.
Молчаливой памяти упрёки.
Сердца замирающая быль…
Осенён я нежной стариною —
Облаком, плывущим надо мною.
Неужели все мои восторги —
Лунная встревоженная пыль?
О луне теперь иные толки
В нашем рассудительном посёлке:
Что вздыхать, когда рукой подать!
Проясненье в беспредельном мраке
И не только бедные собаки,
Но и вымирающие волки
При луне забыли тосковать.
Выпала любовная страница
Из письма, что за душой хранится.
Все тельца сосчитаны в крови.
Но меня опять смущает ветер.
Приливает к сердцу тёплый вечер.
И луна летит во мгле, как птица,
И как прежде светит для любви.
|