Самуил Яковлевич Маршак | Поэзо Сфера - Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.

Исторический материал из архива сайта. Указанные услуги и контакты относятся ко времени публикации и не являются действующим предложением.

Самуил Яковлевич Маршак | Поэзо Сфера - Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
автор: admin дата: 15th Сентябрь, 2009 раздел: Советская поэзия

Основные книги С.Я. Маршака

Библиографическая справка

Цитируется по: Самуил Яковлевич Маршак. Избранная лирика. М., «Молодая гвардия», 1965. 32 с. («Б-чка избранной лирики»).

Детки в клетке. Л., изд-во «Радуга», 1923.
Дом, который построил Джек. Л., Государственное издательство, 1924.
Цирк. Л., изд-во «Радуга», 1925.
40 Норд, 50 Вест. Л., ОГИЗ, 1930
Доска соревнования. Л., ОГИЗ. 1931.
Мистер Твистер. Л., ОГИЗ, 1933.
Английские баллады и песни. М., Гослитиздат, 1941.
Урок истории. М., Гослитиздат, 1942.
Избранные переводы. Английские баллады и песни. М, ГИХЛ, 1946.
Роберт Бёрнс в переводах С. Маршака. Избранное. М, ГИХЛ, 1947. Быль-Небылица. М., Детгиз, 1947.
Сонеты Шекспира в переводах С. Маршака. М., ГИХЛ, 1946.
Стихи. Сказки. Переводы в двух книгах. М., Гослитиздат , 1955.
Плывёт, плывёт кораблик. М., Детгиз, 1956.
Сочинения в четырёх томах. М., Гослитиздат, 1957—1960.
Избранные переводы. М., Детгиз, 1959.
Сказки. Песни. Загадки. М., Детгиз, 1960.
В начале жизни. Страницы воспоминаний. М., изд-во «Советский писатель», 1961.
Избранная лирика. М., ГИХЛ, 1962.
Избранное. М., изд-во «Художественная литература», 1964.
Сатирические стихи. Избранное. М., изд-во «Советский писатель», 1964. Воспитание словом. М., изд-во «Советский писатель», 1964.
Лирические эпиграммы. М., изд-во «Советский писатель», 1965.
Вильям Блейк в переводах С. Я. Маршака. М., изд-во «Художественная литература», 1965.

автор: admin дата: 15th Сентябрь, 2009 раздел: Советская поэзия, Стихотворения

Самуил Яковлевич Маршак

Цитируется по: Самуил Яковлевич Маршак. Избранная лирика. М., «Молодая гвардия», 1965. 32 с. («Б-чка избранной лирики»).

Стр. 17-28

* * *

Ты много ли видел на свете берёз?
Быть может, всего только две, —
Когда опушил их впервые мороз
Иль в первой весенней листве.

А может быть, летом домой ты пришёл,
И солнцем наполнен твой дом,
И светится чистый берёзовый ствол
В саду за открытым окном.

А много ль рассветов ты встретил в лесу?
Не больше, чем два или три,
Когда, на былинках тревожа росу,
Без цели бродил до зари.

А часто ли видел ты близких своих?
Всего только несколько раз, —
Когда твой досуг был просторен и тих
И пристален взгляд твоих глаз.

ЖАВОРОНОК

Так беззаботно, на лету
Он щедро сыплет трели,
Взвиваясь круто в высоту
С земли — своей постели.

Среди колосьев он живёт.
Его домишко тесен,
Но нужен весь небесный свод
Ему для звонких песен.

автор: admin дата: 15th Сентябрь, 2009 раздел: Советская поэзия, Стихотворения

Самуил Яковлевич Маршак

Цитируется по: Самуил Яковлевич Маршак. Избранная лирика. М., «Молодая гвардия», 1965. 32 с. («Б-чка избранной лирики»).

Стр. 5-16

СЛОВАРЬ

Усердней с каждым днём гляжу в словарь
В его столбцах мерцают искры чувства.
В подвалы слов не раз сойдёт искусство
Держа в руке свой потайной фонарь.

На всех словах — события печать,
Они дались недаром человеку.
Читаю: «Век. От века. Вековать.
Век доживать. Бог сыну не дал веку.

Век заедать, век заживать чужой…»
В словах звучит укор, и гнев, и совесть.
Нет, не словарь лежит передо мной,
А древняя рассыпанная повесть.

* * *

О том, как хороша природа,
Не часто говорит народ
Под этой синью небосвода,
Над этой бледной синью вод.

Не о закате, не о зыби,
Что серебрится вдалеке, —
Народ беседует о рыбе,
О сплаве леса по реке.

Но, глядя с берега крутого
На розовеющую гладь,
Порой одно он скажет слово,
И это слово — «Благодать!».

автор: admin дата: 15th Сентябрь, 2009 раздел: Поэты о поэтах, Советская поэзия

Корней Чуковский

САМУИЛ МАРШАК

Цитируется по: Самуил Яковлевич Маршак. Избранная лирика. М., «Молодая гвардия», 1965. 32 с. («Б-чка избранной лирики»).

Когда в начале двадцатых годов молодой Самуил Маршак приходил ко мне и стучал в мою дверь, я всегда узнавал его по этому стуку, отрывистому, нетерпеливому, чёткому, беспощадно-воинственному, словно он выстукивал два слога: «Маршак», и в самом звуке этой фамилии, коротком и резком, как выстрел, я чувствовал что-то завоевательное, боевое:
— Мар-шак!

Был он тогда худощавый и нельзя сказать, чтобы слишком здоровый, но, когда мы проходили по улицам, у меня было странное чувство, что, если бы сию минуту на него наскочил грузовик, грузовик разлетелся бы вдребезги, а Маршак как ни в чём не бывало продолжал бы свой стремительный путь — прямо, грудью вперёд, напролом.

Куда, вёл его этот путь, мы в ту пору не сразу узнали, но чувствовалось, что, какие бы трудности ни встретились на этом пути, Маршак преодолеет их все до одной, потому что уже тогда, в те далёкие годы, в нём ощущался силач. Его темпераменту была совершенно чужда добродетель долготерпения, смирения, кротости.

Повелительное, требовательное, волевое начало ценилось им превыше всего — даже в детских народных стишках.

«Замечательно, — говорил он тогда, — что в русском фольклоре маленький ребёнок ощущает себя властелином природы и гордо повелевает стихиями:

Радуга-дуга,
Не давай дождя!
Дождик, дождик, перестань!»

Все эти «не давай», «перестань», «выглянь», «гори», «припусти» Маршак произносил таким повелительным голосом, что ребёнок, обращающийся с этими стихами к природе, показался мне и вправду властителем радуг, ураганов, дождей.

Поразило меня в Маршаке и ещё одно драгоценное качество, едва я только познакомился с ним: меня сразу, словно магнитом, притянула к нему его страстная увлечённость, я бы даже сказал — одержимость великой народной поэзией — русской, немецкой, ирландской, шотландской, английской. Поэзию — особенно народную, песенную — он любил самозабвенно и жадно. А так как его хваткая память хранила великое множество песен, лирических стихотворений, баллад, он часто читал их, а порою и пел, властно приобщая к своему энтузиазму и нас, и было заметно, что его больше всего привлекают к себе героические, боевые сюжеты, славящие в человеке его гениальную волю к победе — над природой, над болью, над страстью, над стихией, над смертью.

автор: admin дата: 16th Февраль, 2009 раздел: Воспоминания друзей, Поэты о поэтах, Советская поэзия

Яков Козловский
Уроки Маршака


Цитируется по: День поэзии 1979. М., “Советский писатель”, 1979, 224. стр.

…Маршак работал, писал статью о Твардовском. Лицо его казалось посвежевшим, ворот накрахмаленной до твёрдости рубахи был широко распахнут, обнажая морщинистую, худую шею. Рубаха топорщилась, заправленная в брюки «под ремень». Я сказал:
— Вы, Самуил Яковлевич, ясновидец,
— В каком отношении?
— Вы предсказали Твардовскому его будущее.
— Это правда, голубчик. Я когда-то сказал ему: «Вы будете первым поэтом нынешней России». Так оно и вышло!

Письменный стол был завален рукописями, письмами, книгами, и в этом хаосе мог ориентироваться только сам Маршак. В соседней комнате стучала на ундервуде машинистка.

Сколько достойнейших людей побывало в этой небольшой комнате, заваленной книгами на русском и английском языках, в комнате, редко проветриваемой, под потолком которой почти всегда висело марево табачного дыма. Маршак был заядлым курильщиком. На стене перед письменным столом портрет Пушкина из первого посмертного издания, с приложением руки «матушки цензуры». На противоположной стене — олеографическое изображение Бернса с лубочными картинками на сюжеты его стихов. Этот портрет был отпечатан ещё в середине прошлого века и прислан в дар Маршаку одним шотландским крестьянином. На столе букет гладиолусов, на подоконнике — букет полевых цветов.

…— Мне повезло в жизни,— говорит Самуил Яковлевич,— она меня сводила со многими интересными людьми. Со Стасовым, который родился ещё при Пушкине и знавал Гоголя, с Алексеем Максимовичем Горьким, с Блоком, Шаляпиным, Алексеем Толстым. Вспомнил, как какие-то борзописцы обругали Шаляпина. Фёдор Иванович, огорчённый, пришел к Владимиру Васильевичу Стасову. Стасов стал его успокаивать и сказал: «Вот я им покажу!» Через несколько дней появилась статья Стасова, в которой он в пух и прах разделал хулителей артиста.

…Я смотрю на портрет Стасова, что возвышается над креслом Маршака, и вспоминаю фотографию, запечатлевшую в 1902 году острогожского гимназиста, юного «Сама» (так ласково Стасов называл Самуила Маршака) и седобородого патриарха русской общественной мысли, великого художественного и музыкального критика. Мне довелось читать письма Стасова к Маршаку (сейчас они хранятся в Институте русской литературы Академии наук СССР). «Эко вечно мне везёт! Всё вот поминутно каких людей мне случается узнавать, видеть и слышать — то Мусоргского, то Бородина, то Гартмана, то Глазуна, то вдруг теперь этого маленького Сама»,— писал в одном из писем Стасов Маршаку. А в письме от 15 августа 1902 года Стасов пишет о том, как он со скульптором Ильей Гинцбургом посетил Льва Николаевича Толстого, и, в частности,
сообщает Маршаку: «…среди всех наших разговоров и радостей, я нашёл одну минуточку, когда стал рассказывать ему про новую свою радость и счастье, что встретил какого-то нового человека, светящегося червячка, который мне кажется как будто бы обещающим что-то хорошее, чистое, светлое и творческое впереди.