» Сергей Наровчатов. Стихотворения | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
  • Метки

  • автор: admin дата: 1st July, 2010 раздел: Поэты о войне, Фронтовые поэты

    Сергей Наровчатов (1919 – 1981)

    Цитируется по: Наровчатов С. Стихотворения и поэмы/Вступ. статья А. Урбана. сост., подг. текста и примечания Р. Помирчего. Л.: Сов. писатель, 1985. (Б-ка поэта. Большая сер.).

    40

    Когда я добрался до Арсенала
    И осталось лишь за угол завернуть,
    Ты снова вдруг, не явившись, настала
    И снова тобой обозначился путь.

    И снова тобой переполнился вечер,
    И, словно строками из лучших стихов,
    Чёрный асфальт засветлел мне навстречу
    Следами легчайших твоих шагов.

    И бедное сердце не удивилось,
    Когда сквозь сумерек синюю вязь
    Вечерняя тень от стены отделилась,
    Шагнула вперед и тобой назвалась.

    1943

    41. НОЧЬЮ, ВЕРХОМ!

    После напутственной чарки
    Руку мне жмёт полковник
    И дарит меня по-царски
    Богатством о четырёх подковах.

    Я ударил её не думая,
    На людях, вперёд гоня,
    Гордую, злую, умную,
    Влюблённую насмерть в меня.

    Сильные —сразу сдачи,
    Слабые — выждут случая.
    Она ж, не ответив даже,
    Рванулась вперед, негодующая.

    Под хлыстом рванула, ощерясь,—
    И с падучей на удилах
    Через ночь фронтовую, через
    Придорожный, облаком, прах.

    Сломя голову, часом поздним,
    По просёлку, вполупотьмах
    Высекай колючие звёзды,
    Задремавшие в звонких кремнях.

    Раз в планшете застыл полуночный —
    Головой за него ответ!
    В. секретный, В. спешный, В. срочный,
    Засургученный наспех пакет.

    Вдоль по полю, где с неба встречного
    Чередой разномастных пуль
    Протянулся почище Млечного,
    Покрасивше Млечного путь.

    У штадива конец аллюру.
    Там,где срубленная ветла,
    Останавливаю каурую —
    И прыжком наземь с седла!

    И целую её, нервную,
    Мимо губ, как попало, очень!
    Как жену целовал
    В первую
    Брачную нашу ночь.

    1943

    42. ТВОЁ ИМЯ

    Опять миномёт подсыпает жару,
    Поле в чёрную муть замело.
    В рост, как по Сретенскому бульвару,
    Иду, озоруя, всем бедам назло.

    Но если бы вышло, что в смертных увечьях
    Я жёлтой башкою скатился б в жнивьё,
    Последним из слов и имён человечьих
    Я б назвал далёкое имя твоё.

    Имя твоё! И в сон и в явь,
    С именем этим хоть в море вплавь,
    Хоть один в поединок против полка,
    И жизнь легка, и смерть легка!

    И где бы я ни был — на всех раздорожьях,
    Куда бы мой жребий меня ни бросал,—
    Имя твоё, словно имя божье,
    Как солдат в старину, я от бед призывал.

    1943

    43

    Как прошла ты сюда, смелая,
    В босоножках лёгких своих
    Прямо по полю помертвелому,
    Снегу белому напрямик,
    Снегу белому, снегу чёрному,
    Изувеченному, иссечённому,
    По полям по притихшим минным,
    По заждавшимся пришлеца,
    Мимо в клочья рвущего дыма,
    Мимо пристального свинца?

    Как прошла ты сюда, смелая?
    До сих пор понять не могу!..
    В маскхалате, как насмех, белом
    Я лежал на чёрном снегу.

    Пули всхлипывают:
    Прицельным!
    Поднимись — и в кусты голова…
    Как сумела ты,
    Чтоб раздельно,
    И чтоб слышно,
    И чтоб слова
    Резким светом из тёмной тени,
    Летним ветром в зимний мороз
    Мне явились,
    Смешавшись с теми,
    Из которых любое,
    В рост
    Поднявшись
    Поиском счастья,
    Врозь с рассудком и с бедами врозь
    Дикой девочкой в штопаном платье
    Мне на шею когда-то рвалось?..
    Как я вижу тебя?..

    1943

    44. ФРОНТОВАЯ ПОЧТА

    Когда, словно нанятый, хлещет дождь,
    Торф, разбивая в крошево,
    Ты вынешь письмо и опять перечтёшь,
    И тебя, до костей продрогшего,
    Оно раззнакомит вконец с дождём,
    С ознобом, с осенью, с темью,
    С щемью сердечной, что словно ножом
    Грозит из-за каждой тени,
    Со снами дурными, с бедой наяву,
    И, быль превращая в небыль,
    Над тобой в ослепительную синеву
    Разукрасит осеннее небо.
    И ты над окопами встанешь в рост,
    Пусть осень, как прежде, неистова.
    Ты с осенью врозь и с бедами врозь,
    Счастьем рожденный сызнова.
    Хорошие письма! Вам этот стих!..
    Но конец его будет случаен,—
    Ни я, ни товарищ мой писем таких
    Чтой-то… не получаем!..

    1943

    45

    Дорога по старому горю знакома…
    В недобрую пору на доброй земле
    Вот здесь я стоял перед дверью райкома
    В загубленном немцами русском селе.

    А с двери невидящими глазами
    Девушка — тонкие руки крестом, —
    Гвоздями прибитая, смотрит на пламя,
    Вставшее над казнённым селом.

    Я задохнулся… Подумал, что брежу.
    Оторваться не смог. Я глядел без конца,
    И сквозь облик распятой всё четче, всё резче
    Проступали черты твоего лица.

    Как будто бы в этой заброшенной дали,
    Над пепелищем у чёрной реки,
    Тебя исказнили,тебя распяли,
    Тебя обессмертили наши враги.

    Словно сквозь вёрсты стодневной разлуки,
    Над перепутьями крестных путей,
    Это ты над Россией раскинула руки
    В запёкшихся пятнах ржавых гвоздей.

    И куда бы потом я ни шёл за расплатой,
    Перед глазами, светлы и чисты,
    Сияли, слившись с чертами распятой,
    Твои незапамятные черты.

    1943

    46. ОТКАЗ ОТ ВЫСТРЕЛА

    Выстрел как выход, как козырь на кон!
    Но когда б опрометчивость выстрела
    С тобою, беспамятной, память вон
    О тебе, незапамятной, выставила,

    Я сам в трибунал постучался б любой,
    За карой придя, как за жалованьем.
    Расстрел? В рядовые? Я и так рядовой,
    Тобой без выслуг разжалованный.

    Когда б позабылась ты! Хорошо
    С разлёта полезть вперёд на
    Разрывы, на вой, на рожон
    Штрафником забубённой роты.

    Мне хуже не будет. Ни въявь, ни в сон
    На пропахшем солдатчиной свете
    Все роты штрафные — тыловой гарнизон
    В сравненье с рассветом вот этим.

    Нельзя же так больше!.. Какие бинты
    Для раны, распахнутой настежь,
    Здесь подберёшь? Ведь и мёртвая — ты
    Живую себя не застишь…

    Живи!

    1943

    47. ТЫ НЕ РУССКАЯ

    Что с любовью сталось на свете?
    Светит? Где? Не погаснул свет?
    Или след простыл? Или без вести
    Сгинула? Слуха нет?
    Быть не может! Взмолюсь о чуде.
    Разыщу её путь прямой!
    Ну а что говорят люди?
    Не на людях, между собой,
    Очи в очи и губы в губы,
    Сердце в сердце, кровь в кровь —
    Светит? Гаснет? Живит? Губит?
    Есть на свете ещё любовь?
    Или вовсе сердечной силе
    Вышел век? Не приму навет!
    На Руси не бывает так! Или
    Ты не русская?! Слышишь? Нет!
    Ты не русская! Без оглядки
    И без памяти, до конца,
    До бессмертья — любовь солдатки.
    До бессмертья — любовь бойца!
    Да солдатка ли ты? Ведь недаром
    Свято имя солдатских жён!
    Ну а ты-то? По слову старому,
    С глаз долой, так из сердца вон?
    Разлюбила? Бросаешь? Что же
    Раньше думала ты? С тех пор
    Год прошёл? Как закон, непреложен
    На Руси двух сердец уговор!
    Не по-русски живёшь! Крепость веры,
    Знамя веры — наш человек!
    Коль любить, так любить не до двери,
    Но до гроба! Не на день — навек!
    Нет, не русская ты! Светом в теми
    Светят наших людей сердца. ..
    Не со мной расстаёшься, со всеми
    Вере верными до конца.
    Я под пулями здесь… Могли бы
    Эти письма вернуться вспять.
    Получила бы с надписью: «Выбыл
    Адресат». Как могла ты писать
    Эти письма? Выстрелом в спину
    Обернулись они… Добро!
    Не у немцев ли выпросишь? Кинут
    Вслед иудино серебро!
    Непричастная к гордой силе,
    Той, что верность даёт двоим.
    Так прощай же… Но небо России
    Не считай, по привычке, своим!

    1943

    48—50. ПРОЩАЛЬНЫЕ СТИХИ

    1

    Мы дни раздарили вокзалам!
    И вот — ворвалось в бытие
    Пургой, камнепадом, обвалом
    Неслышное слово твоё.

    Рождённая гордой и горькой,
    Прямая, как тень от угла,
    Ты руку, иконоборкой,
    На счастье моё подняла.

    Ты напрочь уходишь, чужая,
    И впору занять у тебя
    Любить, ничего не прощая,
    Прощать, ничего не любя.

    Обугленный взгляд исподлобья!..
    Не сдержит ни шёпот, ни крик
    Моё бытовое подобье,
    Мой грустный и вечный двойник.

    2

    Свою икону взять и опозорить,
    И растоптать, и предрешить ответ. ..
    И — камнем вниз, в неслыханную горесть,
    Где жизнь не в жизнь и свет уже не в свет.

    Опять твердить нескладнее нескладиц,
    Что разлюбил по горло!.. И опять
    За тёмное дешёвенькое платье
    Любую тень ночную принимать.

    Пройти сквозь всё, измучившись сверх мер,
    Пройти сквозь всё, что зримо и незримо:
    Ни дать ни взять — влюблённый офицер
    Времён очаковских и покоренья Крыма.

    3

    Так снова ревность? Письма — в ругань,
    Одно дурное на уме…
    К ребёнку. К родственникам. К Другу.
    К любой фамилии в письме.

    И бурсаком заклятья мечешь…
    А ночью Виевой темно:
    Дверь распахнуть, и выгнать нечисть,
    И вновь впустить её в окно.

    Хомою Брутом утро встретить,
    Лишь с тем отличием опять,
    Что петухов не только третьих,
    Но даже первых не слыхать.

    1943

    Метки: ,

    Оставить комментарий

    Spam Blocking by WP-SpamShield