» Степан Смоляков. Фронтовые стихи (2) | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
автор: admin дата: 21st November, 2008 раздел: Советская поэзия, Стихотворения, Фронтовые поэты

Степан Смоляков (1916 – 1968)
Фронтовые стихи

Цитируется по: Смоляков Степан. Избранное. Хабаровск, Кн. изд., 1976. – 112 с.

с. 30 – 40
* * *

В детстве мать мне часто пела песню
О чудесных, сказочных краях,
О жар-птице в синем поднебесье,
О семи лихих богатырях.

Как она хотела сердцем вдовьим,
Ласковая труженица-мать,
Чтобы детям, паренькам бедовым,
Удалось жар-птицу отыскать!

Благодарный матери за ласку,
В час ночной, в окопе, на войне,
Часто вспоминал я птицу-сказку
На чужой нерусской стороне.

Я нашёл её, взглянув оттуда
На свою счастливую страну,
На избушку в ясенях, откуда
Уходил я в полночь на войну.

1945

* * *

…Бой пpошёл. Беру листок измятый
Для письма – из книжки записной –
И пахнуло уссурийской мятой,
Нашей милой зелeнью лесной.

Отчий край! Таёжнoе соседство –
Выходящий к водопою лось…
Босоногой, буйной волей детство
По твоим дорогам пронеслось!

Вот вернись-ка тропками ночными,
Беспoкойным думам волю дай.
Mолча стaнь над кручами речными,
Всё, что сердцу любо, – загадай!

Песню хочешь – пoглядишь направо:
Там, где кедры стражами встают, –
Буйные, невянущие травы
Под ветрами песню запоют.

Сказку хочешь – поглядишь налево:
И в бору, где спят тетерева, –
Светлая царевна-королева
Для тебя покинет терема.

Выйдет девушка, – звенят монисты, –
Весела, проворна и ловка,
Зачерпнёт воды ведёpком чистым,
Распугав в кринице облака…

Все мечты в уме пеpебиpaя,
На тяжёлом воинском пути
Я узнал, что сказочнее края,
Чем края родные, – не найти.

1947

* * *

Пройдя через беды-невзгоды,
Мы моря полдневные воды
И неба полночные глуби
Ещё горячее полюбим.

Мы снова взойдём на вершины,
Где шепчутся листья крушины,
Где млеют в осеннем предгрозье
Калины пахучие гроздья.

Мы спустимся к заводям ниже,
Калину на нити нанижем,
Пунцовые нежности ягод
На грудь вашу бусами лягут…

А если, томясь и скучая,
Встревожусь я, вас не встречая,
Я, вас не встречая повсюду
По имени спрашивать буду:

Не вы ли средь звонкой капели
Звенели в стеклянном апреле
Иль, белые ветки ломая,
Промчалися грозами мая?

И вы отзовётесь, я знаю,
Я вас среди тысяч узнаю.
И будем мы чутки и строги,
Как в самом начале дороги.

1945

* * *

Ты тихим сном уснула. Спи, жена.
У синих окон ходит тишина,
В сыром бору, у речки тихоструйной
Звенят её серебряные струны.

Мы тишиной умеем дорожить.
Две тишины пришлось мне пережить:
Одну – когда мы брата проводили,
Другую – когда в сомкнутом строю,
С железной верой в Родину свою,
Спеша, чтоб павших заменить в бою,
Мы у его могилы проходили.

Сегодня в доме третья тишина.
Спокойно дышат дети. Спи, жена.
Ты много дней работала. Устала.
Палящим летом, ледяной зимой
Мы столько шли грохочущей войной,
Чтоб эта третья тишина настала.
Чтоб был слышней за тридевять морей
Последний залп победных батарей.

1945

* * *

Всё так и сбылось:
Громыхнули вагоны и стали,
По окнам ударил
Сосновый настой тишины,
Земля повернулась
Знакомыми с детства местами.
Старухи всплакнули:
Солдат воротился с войны.

И вдруг, как по сговору,
Милые зейские дали –
От гор до озёр,
До зелёной вечерней воды –
Запели,
Защёлкали,
Застрекотали
На все довоенные птичьи лады.

Леса мои сосновые,
Пути-дороги новые.
Сосновые леса мои,
А вы всё те же самые.

Всё тот же, как в детстве,
Закат бронзовеет на соснах…
Я белых песков у залива,
Ручьёв говорливую прыть,
Я синих туманов речных,
Зелёных разливов покосных,
Полночных костров –
Не успею
За всю свою жизнь долюбить!
Мой сын их долюбит,
Домыслив отцовские сны.
Я вижу его
Бороздящим простор океана.
И гулкая мачта
Из доброй призейской сосны.
На сказочный берег
Выносит мечту капитана…
Леса мои сосновые…
Пути-дороги новые.

1945

Далёкому другу

Далёкий друг! Теперь у нас сентябрь,
На синих склонах пламенеют клёны.
Но нет письма заветного. Хотя 6
Четыре слова ласковых. Хотя 6
Простой поклон в конверте запылённом.
Я не виню. Нам слишком много дел.
Не ты один в заботах поседел
В твоём пути безмерном и суровом.
Когда я встречу в жизни трудный день,
Твой образ воскрешу я первым словом,
Я призову в свидетели весну,
Пускай она напомнит звоном веток
О том, как ты, прощаясь, напоследок
Для вечной дружбы руку протянул.
Как бился Запад в грохоте, в дыму,
Как ты сказал, идя на бой опасный:
“Будь смел и твёрд. Люби свой край прекрасный
И не прощай обиды никому”.

Я никому обиды не прощал,
Ни у кого я не просил пощады.
Я помню детство: парусник дощатый
На пенных волнах бился и трещал,
Тальник речной, упругий, как праща,
Швырял листву в береговые скаты,
И мы стояли, гордые собой,
Что с первой бурей выдержали бой.

Я никому обиды не прощал.
Я помню лето: солнечный причал,
Коса речная, чайки над паромом.
Врываясь в окна шумных городов,
На тысячу неслыханных ладов
Гремят леса, разбуженные громом,
И эхо гулко катится окрест.
Есть много на земле прекрасных мест:
Наш хвойный север, виноградный юг,
Прославленная волжская равнина.
Хотите знать вы преданного сына,
Так это я – ваш первый сын н друг.
Но есть Амур. Чудесная река,
Легендами овеянная. Что же
Нам быть могло прекрасней и дороже,
Чем эти грозы в месяц бездорожья,
Чем первый шаг в сторожке лесника,
Где пела мать над колыбелью сына,
Делясь своей восторженной мечтой,
Тебя благословляя песней той
На светлый путь бойца и гражданина.

0 край суровый детства моего!
Полмира обошли мы, защищая
Леса непроходимые его,
Поля необозримые его,
Холмы крутые в шапках молочая.
За все края мы выдержали бой.
Но только здесь мы встретимся с тобой.
Ты, больше жизни родину любя,
Прошёл с полком от Волги до Берлина.
Окончен бой. Амурская долина,
Как сына мать, зовёт назад тебя.
И я прошел маньчжурской стороной –
Суровой непрощающей войной,
Как ты мне завещал, товарищ славный.
И вот сентябрь напоминает мне
О нашем детстве – праздничной весне,
О гордой дружбе юности недавней.
Хинганский ветер ударяет в ставни,
И я один в минутной тишине
Высокою печалью о прекрасном
Себя томлю в неведеньи напрасном,
В какой ты нынче ходишь стороне.
Какое небо нынче над тобой?
Рязанских далей ситец голубой,
Седые ль тучи сумрачной Сибири,
Или над тобою сказочный Урал
Шумливых ливней косы разметал
И радуги, что с детства мы любили?
Иль, может, ты сейчас на той земле,
Где, веруя, что нет её чудесней,
Идя коврами хлопковых полей,
Поёт казах задумчивую песню?

Во все концы от гордого Кремля
Раскинулась счастливая земля.
Пройди, как говорят, града и веси,
И всюду скажут: оставайся жить!
И всюду сразу могут предложить
Десятки дел и тысячи профессий.
Но ты вернёшься в край, где мы росли,
Где шумных рек безудержный разлив
Напоминал в душе о высшем долге,
Где пламенеет уссурийский клён,
Где наш Амур, когда в него влюблён,
Струится краше Немана и Волги.

Одна судьба у нас с тобой. Одни
Волненьем переполненные дни,
Дела – заботы, расставанья – встречи,
Глаза твои, что далеко-далече,
Какой тревогой светятся они?
Вернись, скажи, в каких краях бывал,
Какие где перешагнул преграды,
Как смерть встречал и не просил пощады,
Как сам врагу пощады не давал.

А я скажу, что вынесшb такое,
Нельзя хотеть постыдного покоя,
Что надо жить для песен и труда.
И мы с тобой обнимемся. Тогда
Мы грянем тост за павших и живущих,
Во имя жизни к подвигам зовущих,
За нашу мудрость – в доме и в Кремле,
За наши необъятные просторы,
За наши реки милые, которым
Мы не отыщем равных на земле!

1945

* * *

Нет, не ушла наша нежность,
Пусть мы стали суровей и суше,
И в сраженьях, скреплённые кровью,
Беспощаднее стали и злее –
Океана седая безбрежность,
Все весенние грозы на суше, –
Не сравниться им в силе с любовью,
Что в сердцах наших зреет.

Чтобы снова счастливые зори
Расцветали над мирными сёлами,
Чтобы листья опять развернулись
У сгоревшего сада,
Чтоб прозрели ослепшие с горя,
Чтобы матери стали весёлыми,
Чтобы дети опять улыбнулись –
Много нежности надо.

Мм храним эту нежность
В каждом доме, отстроенном заново,
В завещанье погибшего брата,
В материнской молитве,
Но сильнее не видел я нежности,
Чем, рождённая в подвиге бранном,
Неподкупная нежность солдата,
Пронесённая в битве.

1946

Это прямо выдумки чудесней…

Это прямо выдумки чудесней,
Что меня, как голубя, голубят,
Любят девушки стихи и песни,
Но поэтов девушки не любят.

Провожал я девушек с работы,
Прочитал им песню о пилотах.
Слушают внимательно, а сами
Не за мной следят – за небесами.

Спел я песню милой на прогулке
Об ущельях сумрачных и гулких
И не зря над песней потрудился –
Девушке геолог полюбился.

Прочитал её подружке Тане
О морском отважном капитане,
И пришлось нам скоро разлучиться –
В моряки уехала учиться.

Долго я крепился. А недавно
Загрустил отчаянно и явно,
И в стихах воспетому герою
С той поры завидую, не скрою:

Хорошо б, друзья мои, родиться
Моряком. И в лётчики годиться,
И в геологи. Но чтоб при этом
В каждом деле сделаться поэтом.

1946

Метки: ,

Оставить комментарий

Spam Blocking by WP-SpamShield