» Леонид Хаустов. Лицо любви | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
  • Метки

  • автор: admin дата: 3rd June, 2009 раздел: Советская поэзия, Стихотворения

    Леонид Хаустов (1920 – 1980)

    Лицо любви

    * * *

    Жизнь большой была дана,
    Каждый день в ней прожит.
    И теперь гляжу: она
    Мне ещё дороже.

    Говорю всему — живи!
    Мир полям и дому.
    А стихи — лицо любви
    Ко всему живому.

    САМОЕ ПЕРВОЕ

    У подружки на коленях цыпки,
    Тоже восемь исполнялось ей.
    Никакой не может быть ошибки:
    Я в неё влюблён был до ушей.

    За руку я вёл её, а воздух
    К ночи был прохладней, да из тьмы
    Низко-низко наплывали звёзды
    Потому, что великаны мы.

    Многих мы любили, забывали,
    Были в жизни радость и беда,
    Только никогда нам не бывали
    Звзды счастья ближе, чем тогда.

    ШКОЛЬНОЕ

    Как я её боготворил,
    Неся портфель её из школы!
    День был распахнуто-весёлым,
    И битый лёд Фонтанкой плыл.

    И Марсово чернело поле,
    И виден был её подъезд.
    О тот портфель из гранитоля —
    Мой самый лёгкий в жизни крест!

    Мы, кисти рук переплетая,
    Остановились у перил.
    Я сам, как день весенний, таял,
    Я сам, как лёд Фонтанкой, плыл!

    * * *

    Улиц пустынных гладь.
    Плавный полёт мостов.
    Чудится мне опять
    Шорох твоих шагов.

    Вслушаюсь, сберегу…
    Рад я или не рад?
    Сфинксы на берегу
    Тайны свои хранят.

    Тает ночная мгла.
    Шпиль над Невой блестит.
    Улица, как стрела,
    В красный рассвет летит.

    Город моих стихов,
    Город твоих шагов.

    * * *

    Ты к высоким соснам над рекою
    Приходила на исходе дня
    И среди вечернего покоя
    Пела и не видела меня.

    Пела ты, и в голосе звучало
    Молодости нашей торжество.
    Песня, словно лодка у причала,
    Встала возле сердца моего.

    * * *
    Цыганское солнышко — месяц в ночи
    Над нами высоко-высоко…
    Молчи!
    Мне кажется: я узнаю эту ночь,
    Давнишнюю ночь, когда было невмочь
    От счастья, от ветра, от света в лицо,
    Которые нас забирали в кольцо.
    И падает сердце, и нечем дышать,
    Я даже тебя не могу целовать,
    Я даже смотреть на тебя не могу…
    Я это мгновенье навек сберегу!
    Цыганское солнышко светит в ночи,
    Зелёные хлещут нам в лица лучи.
    Лебяжья канавка. Обугленный сад.
    И двое, впервые обнявшись, стоят.

    В СОРОК ПЕРВОМ…

    Этот снег, этот лёд, ни огня…
    Метронома привычные звуки…
    И касаются слепо меня
    Исхудавшие лёгкие руки.

    Руки холодны то ль горячи,
    А в глазах то печаль иль отрада?
    Я люблю тебя! Только молчи.
    Никакого ответа не надо.

    * * *

    Давно ли было так: безусый школьник
    Дружил с другим. Ещё была она.
    И — разминулись. В этот треугольник
    Войною вся страна заключена.

    Но будет день, и мы придём назад.
    Ты, девочка, не будь со мной лукава,
    Ведь я, ей-богу, заработал право
    Сказать тебе, что я хочу сказать.

    * * *

    ЛЮБОВЬ

    Споря с тягостной тьмою,
    Словно вызов войне,
    Ты блокадной зимою
    Приходила ко мне.

    В шубке, в валенках рваных,
    В той ушанке смешной
    И в платке, что затянут
    Был узлом за спиной.

    Словно горы, сугробы
    Пересилив едва,
    Приходила ты, чтобы
    Мне сказать, что жива.

    Будто боги, седые
    От метельных снегов,
    У ворот часовые
    И мерцанье штыков.

    И суровый молчальник —
    До ста лет ему жить! —
    Караульный начальник
    Говорил:
    — Пропустить!

    ЦВЕТЫ

    Кромсаемый обстрелом ежечасным
    Полупустынный, тихий Ленинград
    Нам показался, как всегда, прекрасным,
    Но ближе и роднее во сто крат.

    И разрушенья всем своим обличьем,
    Касаясь больно сердца моего,
    Подчёркивали грозное величье
    И оттеняли красоту его.

    Там, где стена пробоиной зияла,
    Где высились фанерные щиты,
    Нам улыбаясь, женщина стояла,
    Держа в руках садовые цветы.

    Мы красоту в войну не предавали,
    И не был человек душою слеп.
    Цветы, цветы! Их тут не продавали,
    А попросту меняли их на хлеб.

    Ты шла с цветами. Первыми твоими.
    С улыбкой окунала в них лицо.
    И обручало нас с тобой незримо
    Железное блокадное кольцо.

    НАБЕРЕЖНАЯ НЕВЫ

    Набережная Невы.
    Дом, и у подъезда львы.
    Морду положив на лапы,
    Вход сердито стерегут.
    Дорогая, здесь жила ты,
    Я с тобой простился тут.

    Долго думал о тебе я
    Там, у невских рубежей,
    И опять гляжу, робея,
    На гривастых сторожей.

    Все как прежде… Лишь
    отломан
    Над окном твоим карниз.
    Я взбежал к двери знакомой
    И ни с чем спустился вниз.

    Набережная Невы.
    У подъезда дремлют львы.

    Стерегли вы, стерегли.
    Что ж её не сберегли?..

    * * *

    Мимо наших парадных по улицам нашим брожу
    и в оконные рамы, как будто бы в раны, гляжу.

    От неоновых ламп марсианский клубится туман,
    город глухо волнуется, словно людской океан.

    Я ищу тебя всюду, но нет тебя больше нигде.
    Ты осталась на той на зловеще-багровой звезде.

    Мне тебя не найти ни в какие теперь времена.
    Имя этой звезды — беспощадное слово «война».

    ПАМЯТИ НАШЕЙ ЮНОСТИ

    Самой первой мальчишеской ласкою,
    Навсегда полюбя,
    Дотянусь я за горы Кавказские
    В тот июль, до тебя.
    Там средь звёзд, с поднебесия свешенных,
    Выщербляя гранит,
    Пенной Мзымтой в ущелий бешено
    Наша молодость мчит.

    У костров запевали и спали мы,
    И пойди оторви
    Весть о первых боях в Испании
    От начала любви.

    И дороги разлук рокадные,
    Где поблажек не жди,
    Дни блокадные, беспощадные
    Ждали нас впереди.

    Годы юности. Славны тем они,
    Что учили нас жить.
    Чтоб не ведать прошедшего времени
    У глагола — любить.

    * * *

    Пруды прозрачны и круглы.
    В них опрокинут небосвод.
    И облака, что так белы,
    И чёрных ласточек полёт.
    И. самый первый робкий луч,
    И сразу всех лучей поток,
    Весь клён, который так могуч,
    И каждый трепетный листок.

    Как в ясных утренних прудах,
    Мир отражён в твоих глазах.

    * * *

    Синий дым моё окошко застит:
    То сирень персидская в цвету.
    Звёздочки, что обещают счастье,
    Обрывает ветер на лету.

    Помню, нужно было по примете
    Звёздочку такую сразу съесть.
    Сколько я на жизненном рассвете
    Проглотил их, горьких,— мне не счесть.

    Ты пришла, глазами голубея,
    Принесла и радость, и беду…
    И с тех пор, как вспомню о тебе я,
    Слышу привкус горечи во рту.

    * * *

    Пусть меня разбудит утром ветер,
    Распахнувший настежь окна с шумом,
    Чтобы я, забыв про всё на свете,
    О тебе, назло себе, подумал.

    По утрам земля и сад вишнёвый,
    Облака, что пролетают мимо,
    Всё мне кажется каким-то новым,
    Ты же всё по-старому любима.

    Прежние в знакомых окнах рамы
    И под крышей ласточкины гнёзда.
    Не зайду не потому что рано,
    Не зайду я, потому что поздно.

    ДЕРЕВЕНСКИЕ ОГНИ

    И был среди них для меня самый светлый.
    Вот он, загоревшись в родной стороне,
    Сквозь тысячу вёрст, сквозь метельные ветры,
    Такой негасимый, пробьётся ко мне.

    И сердце опять замирает в тревоге.
    Как будто бы рад я коню и саням —
    Лечу по накатанной лунной дороге
    Навстречу полуночным, близким огням.

    БУХТА «ОЛЬГА»

    С волною, что, как слёзы, солона,
    Вёл парусник немыслимую битву,
    И женские простые имена
    Преображались на губах в молитву.

    И наконец — угрюмая земля,
    Где сопки круто высились в тумане,
    Пристанище дала для корабля,
    Что столько дней мотался в океане.

    И капитан, видавший виды волк,
    Махнув земле фуражкою наволглой,
    Сказал: «Я в этом понимаю толк,
    И нарекаю эту бухту Ольгой».

    Житейский океан вокруг ревёт,
    Навстречу мне стремительно несётся.
    Так пусть же имя светлое твоё
    Моим спасеньем в сердце отзовётся.

    * * *

    Радостно, влекуще, незнакомо
    В голову какой-то лезет вздор…
    Я люблю, пиджак оставив дома,
    Окунуться в луговой простор.

    Так люблю я эту пору мая,
    Когда всё купается в тепле,
    Так люблю, что… даже забываю:
    Нет тебя со мною на земле.

    СЧАСТЬЕ

    Все забыл я передряги,
    Все обиды я простил
    И не хочу перетряхивать
    Листьев опавших настил.

    Ветра объятье тугое,
    Пламя зари на сосне.
    Счастье! Что это такое?
    Кем ты приходишься мне?

    Рядом оно – у порога,
    В ветре чуть горьком на вкус.
    Может вселиться в дорогу,
    В алый шиповника куст.

    Или с размахом вселенским
    Небом глядеться в реку…
    Всё-таки именем женским
    Счастье своё нареку.

    С мудростью ложною споря,
    Встал я навстречу судьбе.
    Счастье – не выдумка горя,
    Счастье – само по себе.

    Цитируется по: Оставляю вам стихи. Стихотворения я поэмы. Лениздат. 1982.

    Метки: ,

    Оставить комментарий

    Spam Blocking by WP-SpamShield