» Валерий Дементьев. О лирике Степана Щипачёва | Поэзо Сфера – Стихи, русская поэзия, советская поэзия, биографии поэтов.
  • Метки

  • автор: admin дата: 4th April, 2009 раздел: Критические статьи

    Валерий Дементьев

    О ЛИРИКЕ СТЕПАНА ЩИПАЧЁВА

    Цитируется по: Щипачёв С. П. Тебе — до востребования. Лирика. Оформление В. Медведева. М., «Дет. лит.», 1975.

    Дорогой друг! Раскрой эту книгу — и от стихотворных строк сразу же повеет послегрозовой свежестью, черёмухой, клейкой тополевой смолкой. Или, может быть, ты увидишь, как заметает тропы Подмосковья первый снежок. Или засинеют горы Урала. Во всяком случае, ты вступишь в мир светлый и добрый, где дышится легко и видится далёко. Этот особый мир — мир поэзии — создан Степаном Петровичем Щипачёвым. Сам поэт однажды нашёл удивительно ёмкую формулу для выражения этого мира, когда сказал, что «есть свежесть озона в простых словах». Да, в его лирических стихах можно надышаться «озоном всех отгремевших гроз». Однако простота его лирики отнюдь не простовата, как не просты бывают создания природы, жизни, искусства в их неразрывном единстве. Ощущения Щипачёва всегда контрастны: капля дождя, сверкнувшая на листке, заставляет его помнить о высях, откуда эта капля сорвалась; тепло земных плодов говорит ему о холоде мироздания; взаимная любовь — о минутах помрачения, о ревности, о разлуке. Характерное для поэта внимание к малым, как бы будничным, как бы непритязательным вещам и предметам окружающего мира на поверку оказывается вниманием к тому, что важно, существенно, необходимо в жизни каждого человека. Щипачёв часто подмечает то, что мы сами много раз наблюдали и примечали, но говорит об этом по-своему, так, как только один он может об этом сказать. И если родная земля ему чаще всего видится в убранстве весенних садов, если полевая тропинка ведёт его в край солнца и тепла, то, в свою очередь, и холодное мироздание он хочет обогреть земным теплом, проникнуть в тайное тайных природы — в космос, постичь и поэтически выразить гармонию небесных сфер.

    Поэт доверчив и откровенен, мудр и рассудителен во всём, что касается жизни сердца, как говорили в старину о внутреннем душевном строе человека, о его переживаниях, настроениях, впечатлениях бытия. Эта откровенность, эта доверительность Щипачёва в разговоре с другом-читателем воплощается в краткую, лаконичную, выразительную форму. Лирические миниатюры Щипачёва помнит наизусть не одно поколение читателей, помнит с довоенных лет, когда поэт вдруг как бы заново «открыл» себя, открыл и этот жанр лирической миниатюры или лирической медитации, вроде бы забытой другими поэтами. Но дело, конечно, не только в краткости щипачёвских строк, хотя и сказано было в своё время А. П. Чеховым, что краткость — сестра таланта. Дело ещё в том, что поэт говорит со своим другом-читателем вполголоса, он размышляет вслух, он не поучает, а если необходимо, то советует, подсказывает, как поступить в таком-то случае или в такой-то обстановке. И опять-таки с предельной искренностью, откровенностью, которых в поэзии нельзя ничем заменить.

    Вот почему лирика Степана Щипачёва, если даже поэт и обращается к своим ровесникам, где-то в подтексте имеет и более широкого читателя, более многочисленного адресата, чем тот, что указан в его стихах. Иначе говоря, к добросердечным пожеланиям поэта стоит прислушаться и совсем юным, совсем молодым любителям поэзии. Ведь он размышляет о том, что составляет основу нашей жизни,— о труде земледельца и ученого, геолога и поэта, садовода и художника.

    Счастье простого человека, осознавшего, что он живёт у себя дома, что его труд — как бы на первый взгляд этот труд ни был обычен, неприметен — полезен и важен в делах всей страны,— чувство, которое получило многообразное выражение в стихах Щипачёва. Он прекрасно понимает, что безыскусная радость бытия, что стойкое душевное здоровье крайне необходимы любому из нас в повседневной жизни, учёбе, работе. Без этих радостей, без удовлетворения домом, бытом, семьёй, работой, учебой трудно обойтись человеку. Но в лирике Щипачёва нет потребительского отношения к быту, к домашнему уюту. Он умеет видеть приметы нашего советского образа жизни и одновременно объединять людей чувством взаимной признательности и благодарности. Он думает о людях, которые и для него «хлеб сеяли, тесали камень», он с особым пристрастием задаёт себе вопрос: «Что сделал я? Чем людям я полезен?»

    Даже природа для Щипачёва — мастерская, где человек, неутомимый труженик, «землю может раем сделать — только руки приложить». Даже Вселенная кажется ему «одной лабораторией огромной»:

    «Вокруг тебя творится мир живой,
    входи в него, вдыхай, руками трогай».

    Природа, человек, труд объединены в лирике Щипачёва одной поэтической мыслью. Истоки этого единства следует искать в его биографии, в его деревенском детстве.

    Родился С. П. Щипачёв в Зауралье, недалеко от города Камышлова, в деревне Щипачи, 7 января 1899 года. Отца он почти не помнил, оставшись в раннем детстве сиротой. Ему довелось познать нелёгкий крестьянский труд, работать по найму в зажиточном хозяйстве. Впрочем, о своём детстве, о смерти отца, о работе по найму, помимо лирических стихов, поэт рассказал и в превосходной повести «Берёзовый сок». Подростком Степан Щипачёв пристрастился к чтению, эта любовь к книге помогла ему, как тогда говорилось, выбиться в люди: он переезжает в Камышлов, маленький уездный городок, где начинает служить в лавке братьев Лагуткиных.

    Затем последовала первая мировая война, затем Великая Октябрьская революция… Степан Щипачёв без колебаний встал на сторону восставшего народа. Летом 1919 года он принял участие в боях против белоказаков, прорвавшихся к городу Пугачёву. Вскоре молодого коммуниста Щипачёва направляют на краткосрочные курсы красных офицеров в Оренбург. Годы службы в Красной Армии, годы учёбы в военном училище, военно-педагогической школе, а позднее в Институте красной профессуры были годами и литературной учёбы: всё это время Степан Щипачёв писал стихи, печатался в газетах и журналах. Но творческий успех пришёл к нему позднее, в конце тридцатых годов, когда им были опубликованы лирические строки. Что же касается его жизни в зауральской деревне Щипачи, то сам поэт сказал о ней достаточно ясно и определённо:


    «В глазах золотилось поле
    всё в дымке горячего дня.
    Я в детстве одним доволен:
    оно научило меня
    всю жизнь ненавидеть жгуче
    бездельников и белоручек».

    Краткие, воистину афористичные стихи Щипачёва требуют напряжённой творческой работы. И о всех радостях и огорчениях, связанных с призванием поэта, он пишет в той же самой интонации задушевного разговора, которая характерна и для его лирики военной поры, для его стихов послевоенных лет, когда перед ним раскрылась панорама грандиозного строительства в нашей стране, когда ему довелось побывать и на Крайнем Севере, и на юге, и в республиках Советского Союза, и во многих зарубежных странах. Здесь поэт остаётся верен себе, здесь он по-прежнему находит нужные слова:

    «Лета не скроешь: долго я живу,
    но от строки, от рук гоню усталость».

    Творческая неутомимость С. П. Щипачёва может послужить примером для его более младших по возрасту товарищей-поэтов. Ведь действительно в его жизни было всё: и грозовая мгла, и сияние звёздных ночей над головой, и сладость долго ожидаемого успеха, и горечь невосполнимых утрат. Вот почему поэт в одном из стихотворений заметил, что сегодня он разговаривает не только с поколением наших детей, но и с более счастливым и удачливым поколением наших внуков. Из этого ощущения непрерывной смены поколений, непрерывного движения живой жизни, из жгучего желания предугадать завтрашний день и рождаются лучшие лирические стихи Степана Щипачёва.
    Валерий Дементьев
    Годы, годы… пролетая, не воротятся назад, но цветет, не увядая, вечной молодости сад. Смех и шепот до рассвета там у каждого куста, там девчонкам-непоседам по шестнадцать лет всегда.

    Метки: ,

    Оставить комментарий

    Spam Blocking by WP-SpamShield